Накануне выборов «Единая Россия» может потерять один из ключевых офисов в центре Саратова. Областное Росимущество выявило, что партия власти не доплачивает за аренду помещения в Саратовском государственном университете и использует территории вуза не по назначению. ЕР предстоит выплатить многомиллионный долг перед учебным заведением, или с 1 июля с.г. вуз будет вынужден расторгнуть договор аренды с партией власти.

Саратовские отделения политических партий не могут похвастаться шикарными офисами областных комитетов. Обком КПРФ снимает комнаты в отдаленном районе города, либерал-демократы расположились едва ли не под автодорожным мостом через Волгу в микрорайоне Затон. Получше положение эсэров: их офис – в центре города на улице Советской. Партия власти расположилась в приличном месте по адресу: улица Степана Разина, 71. В помещении, сейчас известном как офис реготделения «Единой России», в 2007 году открылся Центр турецкого языка и культуры Саратовского государственного университета, созданный турецкими спонсорами на месте бывшей студенческой столовой. Через полгода после открытия центра ученый совет вуза предложил ЕР арендовать здание в качестве «подтверждения взаимовыгодного сотрудничества Саратовского государственного университета и партии». Сотрудничество продолжалось, пока в СМИ не попали документы о его нюансах.

«Выяснилось, что в принадлежащем СГУ здании общей площадью почти в 1500 квадратных метров Саратовскому региональному отделению «Единой России» с 2009 года сдается в аренду только 130 квадратных метров. Причем для проведения литературных вечеров. Но единороссы заняли здание целиком, повесили на фасаде свою атрибутику, а студенты сейчас несколько раз в неделю (для отчетности) вынуждены заниматься в конференц-зале ЕР», – сообщил «НГ» саратовский журналист Тимофей Бутенко, раскопавший информацию о сотрудничестве вуза и партии.

После серии публикаций в местных СМИ территориальное управление Росимущества по Саратовской области провело проверку, выявившую нарушение ЕР законодательства о политических партиях и об образовании. Единороссов обязали убрать со здания атрибутику, использовать арендуемое помещение только по назначению (не для партийных собраний, а для литературных вечеров, семинаров и конференций) и доплатить арендодателю за фактически занимаемую площадь. Утвержденная СГУ стоимость аренды составляет 380 руб. за 1 кв. м в месяц, что очень дешево для центра Саратова. Но даже при таких ценах за 1489,3 кв. м, которые с 2009 года использовала ЕР, партия должна заплатить СГУ около 20 млн. руб. Пока единороссы даже не приступили к демонтажу с фасада вуза своей атрибутики.

Руководитель пресс-службы регионального отделения «Единой России» Юлия Литневская сообщила «НГ», что комментарии по ситуации с долгом сейчас дать некому, поскольку президиум политсовета, сформированный 17 июня на IV отчетно-выборной конференции, только приступил к работе.

Если этого не произойдет, с 1 июля 2011 года Саратовский госуниверситет вынужден будет расторгнуть договор аренды с «Единой Россией». Нужно сказать, что для проведения партийной конференции на минувшей неделе саратовским единороссам уже пришлось арендовать физкультурно-оздоровительный комплекс в двух шагах от обкома ЛДПР.

По информации «НГ», заместитель председателя Государственной Думы Владимир Жириновский направил два депутатских запроса – на имя министра образования и науки РФ Андрея Фурсенко и прокурора Саратовской области Владимира Степанова с просьбой провести проверку законности нахождения саратовского отделения ЕР в здании учебного учреждения.

Андрей Фурсов, «Независимая газета»,  2011-06-22

По итогам областного конкурса победителями признаны начальник бюро Инженерного центра Сергей Дегтев, ведущий инженер Инженерного центра Александр Шамрин, начальник бюро Управления промышленной экологии Александр Ксенофонтов, лаборант химического анализа Управления промышленной экологии Светлана Страхова, главный специалист Центра технического перевооружения Сергей Даев, инженер-программист 2 категории Дирекции по информационным технологиям Евгений Коротков, инженер-технолог 3 категории Кислородного цеха Дмитрий Фурсов.

Дипломы и денежные премии победителям конкурса будут вручены на ежегодном итоговом совещании руководителей промышленных предприятий области.

«ЛипецкМедиа«

Сфера образования в последние годы стала полем самого настоящего сражения между сторонниками его реформирования и их противниками. Противники — профессионалы, родители, общественность; сторонники — главным образом чиновники и обслуживающие их интересы «исследовательские структуры» — продавливают «реформу» несмотря на широкие протесты. Пишу слово «реформа» в кавычках, поскольку реформа — это нечто созидательное. То, что делают с образованием в РФ — это разрушение, сознательное или по глупости, некомпетентности и непрофессионализму, но разрушение. Отсюда — кавычки.

Одной из линий противостояния «реформе» образования была и есть критика закона об образовании, других нормативных актов, выявление их слабых мест, нестыковок и т. д. Здесь уже сделано немало и с большой пользой. В то же время возможен и другой подход: рассмотрение комплекса «реформаторских» схем и документов — ЕГЭ, Федеральный государственный образовательный стандарт (далее — ФГОС), Болонская система (далее — БС) в целом как некоего общественного явления в более широком социальном и геополитическом (геокультурном) контексте, а также в плане информационно-культурной (психоисторической) безопасности страны, которая в современном мире является важнейшей составляющей национальной безопасности. Значение социального контекста понятно: любые реформы, тем более в образовании, всегда связаны с интересами тех или иных групп, учреждений, имеют социальные цели.

«Геополитический контекст образовательной реформы» — такая формулировка на первый взгляд может вызвать удивление. Однако сегодня, когда геополитические противостояния приобретают все более выраженный информационный характер, когда политическая дестабилизация достигается с помощью сетецентричных войн, т. е. информационно-культурного воздействия на сознание и подсознание групп и индивидов (как это делается, мы могли наблюдать в ходе так называемых «твиттерных революций» в Тунисе и Египте), а результат этого воздействия во многом зависит от уровня образования объекта воздействия (чем выше уровень образования, тем труднее манипулировать человеком), состояние образования становится важнейшим фактором геополитической борьбы. Не менее важным, чем, скажем, уровень социальной поляризации, измеряемый такими показателями, как индекс Джини и децильный коэффициент. Я имею в виду то, что если, например, система образования способствует росту поляризации (вплоть до состояния «двух наций», как это было в Великобритании в середине XIX в. или в России в начале ХХ в.), то она работает на обострение социальной напряженности, а следовательно, снижает уровень не только внутренней (социосистемной), но и внешней (геополитической) безопасности общества.

С учетом сказанного в настоящей статье сначала, так сказать «для затравки», будут кратко охарактеризованы последствия «реформы» образования, проводимой под «мудрым» руководством Андрея Александровича Фурсенко; затем мы поговорим о социальном аспекте и возможных социальных результатах снижения уровня образования; далее мы кратко «пробежимся» по структурам, готовившим реформу — этот вопрос почему-то, как правило, остается в тени. Следующий пункт — вопрос о том, как «реформа» образования может повлиять на положение РФ в международном разделении труда и как она соотносится с провозглашенным курсом на модернизацию. Скажу сразу: она противоречит этому курсу и, более того, подрывает его. Неудивительно, что, во-первых, деньги на реформу образования в РФ выделил Всемирный банк, решивший почему-то и зачем-то (действительно, зачем?) облагодетельствовать Россию. Во-вторых, в РФ, словно стервятники на падаль потянулись представители «хитрых» западных структур, за научным и неправительственным благообразным статусом которых скрываются большие и острые зубы хищников и, перефразируя название книги и род деятельности Энтони Перкинса «Экономический убийца», информационных убийц. Почему-то для проникновения в Россию эта публика избрала именно сферу «реформируемого» образования, те образовательные учреждения, которые «на ура» принимают реформу.

Как заметил в свое время Петр Васильевич Палиевский, булгаковский Воланд бессилен против здорового, он цепляет только то, что подгнило изнутри. Понятно, что для успеха сетецентричной войны превращение образования в сеть, «населенную» легко манипулируемыми «сетевыми человеками» — это беспроигрышный ход в мировой борьбе за власть, ресурсы и информацию. Поэтому сегодня образование — это намного больше, чем образование — это будущее, битва за которое уже началась и проигрыш в которой означает стирание из Истории. Итак — по порядку.

Последствия под следствием

Если говорить о последствиях «реформы», то первое – это значительное падение уровня образования и подготовки учащихся в средней и высшей школе как результат введения ЕГЭ и БС. Как человек, почти 40лет преподающий в высшей школе, свидетельствую: егэизированные студенты — это демонстрация культурно-образовательной варваризации и информационной бедности. Если в последние 25-30 лет культурно-образовательный уровень выпускников школ снижался постепенно, то несколько егэшных лет не просто резко, а катастрофически ускорили этот процесс. Лучшее, чем ЕГЭ, средства перспективной дебилизациии культурно-психологической примитивизации подрастающего поколения придумать трудно.

У снижения уровня интеллекта и эрудиции как результата реформы есть еще два аспекта, крайне губительные для развития умственно-образовательного потенциала. Речь идет о дерационализации мысли и сознания и о деформации исторической памяти.

Уменьшение числа учебных часов по таким предметам как математика и физика, фактическое изгнание из школьной программы астрономии — все это не просто сужает и обедняет картину мира учащегося, но непосредственно ведет к дерационализации сознания. Сегодня широко распространяется вера в иррациональное, магическое, в волшебство; пышным цветом расцветают астрология, мистика, оккультизм и прочие мракобесные формы, кино (далеко ходить не надо — сага о Гарри Поттере) рекламирует нам возможности магии, чудес. В таких условиях уменьшение часов по естественно-научным дисциплинам работает на триумфальное шествие мракобесия, на то, чтобы астрология в сознании заняла место астрономии, дезориентируя людей и облегчая манипуляцию: человеку, верящему в чудеса, легко в парить любую пропаганду, не имеющую рациональной аргументации. Создается впечатление, что все эти манипуляции со школьной программой, помимо прочего, должны подготовить людей к принятию нового типа власти — магической, основанной на претензии на волшебство, на чудо, в реальности оборачивающееся чем-то похожим на пляски на сцене в голом виде героев «Приключений Гекельберри Финна». Но это палка о двух концах.

Не меньший ущерб несет тот факт, что курсы по истории по сути либо устранены из программ всех факультетов, кроме исторических, либо существенно сжаты. Следствие — утрата исторического видения, исторической памяти. Результат — студенты не могут назвать даты начала и окончания Великой Отечественной войны, полета Гагарина в космос, Бородинского сражения. В этом году я впервые столкнулся со студентом, который никогда не слышал о Бородинском сражении; «бородинский» у него ассоциируется только с хлебом. Ясно, что ухудшение (мягко говоря) исторической памяти, особенно в том, что касается русской истории, не способствует формированию патриотизма и гражданственности; деисторизация сознания оборачивается денационализацией.

Там, где заканчивает свою деятельность ЕГЭ, эстафету подхватывает БС (болонская система – прим. KM.RU). Я неоднократно негативно высказывался по поводу БС (см. Интернет), поэтому не буду повторяться, отмечу главное. Введение четырехлетнего бакалавриата вместо пяти лет нормального обучения превращает высшую школу в нечто весьма напоминающее ПТУ, приземляет ее, и если для институтов эта практика очень плоха, то для университетов — катастрофична, университет уничтожается как общественное и цивилизационное явление.

В плане образовательном БС с ее «модульно-компетентностным подходом» по сути, уничтожает кафедру как базовую единицу организации вуза/университета; «компетенции» — плохо связанные между собой прикладные информкомплексы или «умелости» — подменяют реальное знание. Объективно БС делит вузы вообще и университеты в частности на привилегированное меньшинство с собственными дипломами, программами и правилами и непривилегированное большинство; образовательные стандарты при этом снижаются в обеих «зонах», но во второй — в значительно большей степени. Привилегированность и престижность оборачиваются более высокой платой за обучение, что еще более увеличивает социальные различия и разрыв в сфере образования.

Второе. Когда-то нас страстно убеждали, что введение ЕГЭ снизит уровень коррупции в образовательной сфере. В реальности — и об этом сегодня не пишет и не говорит только ленивый — все вышло с точностью до наоборот. ЕГЭ создал условия и стал толчком для существенного роста коррупции в сфере образования, что опять же не может не сказаться на уровне подготовки школьников и студентов, с одной стороны, и профессионализма преподавателей, с другой. Таким образом, увеличив коррупцию в сфере образования, в общесоциальном плане ЕГЭ привел к росту уровня коррупции в обществе в целом. Понятно, что от коррупции вообще и в сфере образования в частности, выигрывают те, у кого административные позиции и деньги; то есть «реформа» и здесь усиливает социальное неравенство и социальную поляризацию, а, следовательно — социальную напряженность. Лучшего средства, чем ЕГЭ, чтобы распространить коррупцию из высшей школы в среднюю, значительно расширить и углубить зону действия коррупции, найти трудно. В этом плане можно сказать, что помимо страшного удара по качеству образования и морали многих занятых в этой сфере внедрение ЕГЭ, стало одним из направлений наступления коррупционеров на общество.

Третье. ЕГЭ и в еще большей степени БС резко увеличили уровень бюрократизации образовательной сферы. Так, с внедрением БС в вузах появилось большое число «специалистов» по внедрению БС, проверке ее реализации как «инновационной формы образования» и т.п. А у преподавателей появилась новая, съедающая много времени, забота: приведение обычной научно-педагогической деятельности в соответствие с формальными требованиями БС, забота, которая носит постоянный характер и практически не имеет отношения к содержательной стороне дела. Преподаватель должен все больше и больше беспокоиться о формальной стороне дела, тратить на нее время — тут уже не до содержания. Ясно, что в наибольшей степени готовы зацепиться за формальную сторону и сконцентрироваться на ней далеко не лучшие, не самые профессиональные и творческие преподаватели. Таким образом, БС выгодна откровенной серости. Ну а о том, что БС создает райские условия для чиновников от образования, я молчу.

Меняя соотношение между формальной и содержательной сторонами образовательного процесса в пользу первой, БС не только способствует ухудшению качества образования, не только оттирает профессионалов дела на второй план, ухудшая их позицию по сравнению с начетчиками и очковтирателями (чего стоит один лишь призыв ежегодно менять читаемые курсы, вводя новые — ведь известно, что новый курс требует 3-4 года обкатки; ясно, что подобного рода призывы плод игры ума либо профнепригодных, либо просто проходимцев), но и меняет в высшей школе соотношение преподавателя и чиновника в пользу последнего. Здесь — «два шара в лузу»: в профессиональной сфере — снижение уровня образования и усиление позиций персонификаторов некачественного, формального (формализованного) образования; в социальной — усиление позиций чиновника. Иными словами, БС как союз «серых» в конкретных условиях РФ становится еще одним средством развития (в данном случае — для сферы образования) общей тенденции увеличения числа чиновников и их власти над профессионалами, что ведет к депрофессионализации как самих чиновников, так и профессионалов конкретной сферы деятельности.

Четвертое. Все это вместе взятое способствует дальнейшему росту некомпетентности и непрофессионализма как социального явления. «Реформа», таким образом, не только гробит образование, т. е. отдельно взятую сферу общества (правда, эта «отдельно взятая сфера» воздействует на все остальные и определяет будущее страны), но и понижает общесоциальный уровень профессионализма, препятствуя профессионализации социума, которая является необходимым условием провозглашенной модернизации. Получается, что как в частном, так и в общем «реформа» образования не просто препятствует модернизации, а блокирует ее, лишая будущего — модернизацию и общество. Сохранение курса на проводимую «реформу» образования и одновременно призывы к модернизации есть не что иное, как проявление когнитивного диссонанса.

Пятое. Здесь необходимо выделить в качестве отдельного следствия то, о чем выше говорилось вскользь — усиление социального разрыва между различными слоями и группами как результат «реформ». Точнее будет сказать так: социальный разрыв приобретает мощное культурно-информационное измерение, а поскольку, как нам говорят, мы вступили или вступаем в информационное общество, то именно это измерение становится решающим, главным, системообразующим или даже классообразующим. Если информация становится решающим фактором производства, то доступ к ней (обладание ею, распределение ее как фактора производства играющего системообразующую роль в совокупном процессе общественного производства) становится главным средством и способом формирования социальных групп, их места в общественной «пирамиде». Доступ к этому решающему фактору, точнее, степень доступа, обеспечивается образованием, его качеством и объемом.

Снижение качества образования при уменьшении его объема (от введения базовых бесплатных и «дополнительных» платных предметов в школе и сокращения часов на целый ряд предметов в школе как избыточных до введения бакалавриата — абортивной формы высшего образования) превращает индивида и целые группы в информационно бедных, в легко манипулируемых, короче — в низы информационного общества, практически лишая их перспектив улучшения своего положения, то есть выталкивая из социального времени.

Хотели как лучше, а получится как?

Вообще нужно сказать, что «производство» низов «постиндустриального»/«информационного» общества стартовало на Западе еще в 1970-е годы, а развернулось в 1980-е одновременно с распространением так называемой «молодежной культуры» («рок, секс, наркотики»), разработанной в спецучреждениях по заказу верхушек Запада, движением сексменьшинств, экологическим движением (создано на деньги Рокфеллеров), распространением фэнтэзи (и вытеснением научной фантастики, которая сегодня весьма популярна в Китае), ослаблением национального государства, наступлением верхов на средний слой и верхушку рабочего класса (тэтчеризм и рейганомика). То есть это часть пакета неолиберальной контрреволюции, означающей не что иное, как глобальное перераспределение факторов производства и дохода в пользу богатых, то есть поворота вспять тренда «славного тридцатилетия» (Ж. Фурастье) 1945-1975 гг.

Информация — фактор производства, и упрощение, снижение культуры («большой друг» России и особенно русских Збигнев Бжезинский называет этот процесс «титтитейнмент» и рассматривает его в качестве одного из видов психоисторического оружия, позволившего Америке одерживать ее победы, в том числе над СССР/Россией) и прежде всего образования есть не что иное, как отчуждение этих факторов в качестве строительства будущего общества, создания его верхов и низов, его «haves» и «havenots». В последние годы мы видим этот процесс и в РФ, однако в русских условиях создание «информационно бедных низов» штука опасная: у нас не сытая Евроамерика, у нас нет такого нароста социального жирка, который можно какое-то время проедать, как там. У нас другие традиции социальной борьбы, у нас другой народ, другая история.

А ведь в нашей истории уже была однажды сознательная попытка резко снизить образовательные стандарты, оболванить население и таким образом сделать его более внушаемым и послушным. Я имею в виду мероприятия в сфере образования в эпоху Александра III (далеко не худшего русского царя, а вот поди ж ты, купился на глупость), прежде всего смещение центра тяжести в начальной школе на церковно-приходские школы (дерационализация сознания) и циркуляр от 18 июня 1887 г. (так называемый «указ о кухаркиных детях»). Им министр просвещения Иван Давыдович Делянов, для своего времени фигура не менее одиозная, чем А.А. Фурсенко для нашего, резко ограничил доступ к образованию представителям низших сословий, т. е. малоимущих групп, при сохранении доступа к образованию для тех, кто, как говорил один из гоголевских героев, «почище-с» (аналог введения в РФ платного образования в высшей школе и плана введения в начальной и средней школе платных дисциплин при обязательном бесплатном минимуме-миниморуме). Делалось это чтобы, повторю, превратить низы в послушное манипулируемое стадо и избежать революции европейского образца. Революцию европейского образца счастливо избежали. Не избежали революцию русского образца, намного более жестокую и кровавую. Более того, деляновская «реформа» образования сыграла свою роль и в приближении революции и в ее кровавости.

Суть в следующем: «дурилка» в образовании, конечно же, делает людей менее развитыми, они не умеют четко формулировать свои интересы и требования, их легче дурачить, вешая на уши «лапшу» обещаний. Но это — до поры, пока не клюнет «жареный петух», т. е. пока не возникнет аховая социальная и экономическая ситуация, ведь ее образовательной «дурилкой» не разрулишь. А вот когда клюнет, неразвитость масс, их малая образованность или просто необразованность начинает играть роль, противоположную той, на которую рассчитывают авторы схемы «даешь уровень образования ниже плинтуса».

Во-первых, малообразованными людьми легче манипулировать не только правящей элите, но и контрэлите, особенно, когда она имеет финансовую поддержку из-за рубежа. Именно это и произошло в 1917 г., когда международные банкиры и российские революционеры бросили российскую массу на правящий слой. Во-вторых, чем менее образован человек, тем менее он способен сознательно руководствоваться национально-патриотическими идеалами, а следовательно, защищать родину и верхи от внешнего врага (например, поведение в 1916-1917 гг. на фронте русского крестьянина, одетого в военную шинель). В-третьих, чем менее образован и культурен человек, тем в большей степени он руководствуется инстинктами, нередко зверскими (А. Блок: «развязаны дикие страсти под игом ущербной луны»), тем труднее воздействовать на него словом и тем вероятнее, что в «ущербных» условиях кризисной или просто тяжелой ситуации на попытку рациональной аргументации власти он ответит дрекольем и вилами. И нельзя сказать, что такой ответ является исторически полностью несправедливым.

Дореволюционные верхи забыли (а может, не знали) строки, написанные Михаилом Юрьевичем Лермонтовым еще в 1830 г. (опубликованы в 1862 г.):

Настанет год, России черный год,
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;
[ ]
В тот день явится мощный человек,
И ты его узнаешь — и поймешь,
Зачем в руке его булатный нож.

Эти строки имеет смысл учить наизусть всем, кто правит или собирается править в России, которую китайцы не случайно называют «э го» — «государство неожиданностей», «затягивания и мгновенных перемен». Крушения у нас действительно происходят мгновенно. Так, в 1917 г. Россия самодержавная слиняла, как заметил Василий Васильевич Розанов, в два дня, самое большее в три. И никто не заступился (как в августе 1991 г. за СССР), одним словом, «пропадай, погибай, именинница!» И Дикая дивизия с гор не помогла. Вообще никто не помог.

В сухом остатке: игра на понижение образования в социальных целях, в частности, с целью усиления безопасности верхов и их манипулятивных возможностей недальновидна, опасна и контрпродуктивна. И чем беднее общество и хуже экономическая ситуация, тем опаснее и контрпродуктивнее — вплоть до социокультурной самоубийственности оборзевших верхов, как это произошло в России начала ХХ в., на которую в некоторых отношениях, хотя и далеко не во всех (прежде всего благодаря советскому наследию, а также из-за иной мировой ситуации) отношениях похожа РФ начала XXI в., особенно если взглянуть на разрыв между богатыми и бедными. Неужели грабли — любимый артефакт нашей истории?

Повторю: практически все названные выше последствия «реформы» образования видны уже сегодня и со временем их пагубное воздействие на образование и общество, на будущее страны будет лишь расти, скорее всего, в геометрической прогрессии. Возникает вопрос: понимают ли те, кто их проталкивает, пагубность того, что сделано и делается ими? Если не понимают, то это законченные идиоты в строгом (греческом) смысле слова: по-гречески «идиот» — это человек, который живет, не замечая окружающего мира. Если понимают, то тогда нужно называть вещи своими именами: речь должна идти о сознательной широкомасштабной и долгосрочной культурно-психологической, информационной диверсии, а, по сути — войне против России, ее народа, прежде всего — государствообразующего, русских. И это уже не идиотизм, а виновность в преступлении.

Будучи людьми цивилизованными, мы избираем позицию презумпции невиновности, т.е. в данном контексте исходим из версии «идиотизма», т. е. люди не понимают, что творят, не (пред)видят катастрофических последствий своей деятельности. Правда, если это так, то почему внедрить свою программу в жизнь они стремятся втихаря, без обсуждения, тайком? Чего боятся? Вопрос о том, как готовилась реформа, как шла подготовка, например к «внедрению» закона об образовании или к введению ФГОСа заслуживает особого внимания, поскольку ответ на вопрос «как?» во многом проливает свет на вопросы «почему?», «с какими целями?» и — в конечном счете — на главный вопрос: Cui bono? — т. е. в чьих интересах? Итак, какие же структуры и под чьим руководством готовили «реформу»?

«Реформа» образования — авторы

Вернемся в конец 2010 — начало 2011 г., когда шла дискуссия о ФГОСе (Федеральный государственный образовательный стандарт. – Прим. KM.RU) и о новом федеральном законе «Об образовании в Российской Федерации». Оба документа подверглись критике: юристами — за несоответствие признакам кодифицированного акта, за отсутствие госгарантии права на обязательное образование; педагогами и родителями — за многие и многие сущностные недочеты, рушащие образование. Похвалы ФГОС удостоился только у ректора ГУ-ВШЭ Ярослава Ивановича Кузьминова, ссылавшегося на авторитет Александра Огановича Чубарьяна и Александра Григорьевича Асмолова (выступление на телеканале «Россия-24»).

Разрабатывал ФГОС, созданный в 2006 г., Институт стратегических исследований в области образования (ИСИО) Российской академии образования (РАО); директор ИСИО — Пустыльник Михаил Лазаревич, кандидат химических наук; научный руководитель — член-корреспондент РАО Александр Михайлович Кондаков. Этот человек, который во время работы в Министерстве образования и науки вел блок безопасности жизнедеятельности и гражданской обороны, в 2006 г. был избран член-корреспондентом РАО.

Одной из главных задач реформы г-н Кондаков видит в том, чтобы вписать российскую систему образования в общемировую (для этого российскую систему нужно сначала разрушить? — спрошу я); г-н Кондаков убежден, что в утечке мозгов ничего плохого нет, а Интернет сам по себе — источник знаний, о чем он открыто говорит. А вот о том, что на структурную реформу РФ Всемирный банк выделил заем, он говорить не хочет. А хочет, естественно, защищать «реформу», что он и сделал на заседании Госдумы 9 февраля в 2011 г. в тандеме с Исаком Давыдовичем Фруминым. Г-н Фрумин — научный руководитель Института развития образования ГУ-ВШЭ и по совместительству координатор Международных программ Международного банка реконструкции и развития (МБРР); по-видимому, МБРР очень беспокоится о российском образовании, наверное, у его руководства «об всех об нас душа болит и сердце щемит»). Этот институт тоже занимался разработкой ФГОС. Директор Института — Ирина Всеволодовна Абанкина, известная своими работами (например, «Культура безлюдья»), в которых утверждается необходимость слияния «затратных» сельских школ, библиотек в «интегрированные социальные учреждения» в крупных населенных пунктах. Я называю это просто: ликвидация культуры и образования на селе, а если добавить медицину — то и жизни в целом.

Необходимо также упомянуть еще одну структуру, подвизающуюся на ниве реформирования нашего образования. Это Федеральный институт развития образования (ФИРО); первый гендиректор — Евгений Шлемович Гонтмахер (ныне — зам. Директора ИМЭМО РАН); зам. директора — Лейбович Александр Наумович, нередко представлявший себя в качестве генерального директора Национального агентства развития квалификаций при Российском союзе промышленников и предпринимателей; научным руководителем ФИРО был назначен экс-председатель Либерального клуба Евгений Федорович Сабуров.

Интересна история создания ФИРО. Произошло это 29.06.05: согласно приказу N 184 на базе пяти центральных научно-исследовательских институтов (высшего образования, общего образования, развития профессионального образования, проблем развития среднего профессионального образования, национальных проблем образования) создавался один — ФИРО. Т. е. у пяти НИИ изымались здания, оборудование, другие материальные ценности и передавались созданному по мановению волшебной палочки новому НИИ.

Недавно ФИРО отметился предложением еще одного нововведения — замены в младших классах учебников электронными ридерами. Эксперимент пройдет в нескольких областях РФ. Медики бьют тревогу: неизвестно, как все это скажется на здоровье (глаза, нервная система) детей. Медики говорят о необходимости проведения предварительных, как минимум полугодовых, исследований. Но «невтонам» из ФИРО все это не указ; похоже, здоровье детей для них — абстракция; реальность — средства, выделенные для проведения эксперимента.

Список учреждений, готовивших реформу, можно продолжить, но суть уже и так ясна. Кроме того, о том, в каком реально направлении движет наше общество реформа образования можно судить по интервью самого А.А. Фурсенко «Московскому комсомольцу» (2010 г.), точнее даже, по одной фразе, удивительно откровенной.

Чем плоха советская система образования: версия А.А. Фурсенко и ее скрытые шифры

Министр заявил: главный порок советской школы заключался в том, что она стремилась воспитать человека-творца, задачей же школы РФ является подготовка квалифицированного потребителя, способного пользоваться тем, что создано другими.

Итак, воспитание творчества, человека-творца — это порок. До такой формулировки еще никто не додумался, и в этом плане фразу г-на Фурсенко нужно заносить в Книгу Гиннеса. Это одна сторона. Другая сторона — как же хочется облить грязью СССР, перевернуть все с ног на голову, найти пороки во всем, даже в творческом характере системы образования. Но в данном контексте не это самое главное и самое важное, а другое.

Внимание: министр говорит — будем готовить потребителей, способных пользоваться результатами деятельности (т.е. творчества, созидания) других. Поскольку школа РФ созидателей-творцов не готовит, значит, объекты потребления для квалифицированных потребителей РФ будут создаваться за пределами РФ, за границей, так сказать в «царстве творческого порока». А это значит, что люди в РФ будут иметь то, что им кинут из-за рубежа, и вряд ли им кинут лучшее, скорее — «на тебе, Боже, что нам негоже». Как это происходит со странами Третьего мира, судьбу которых Фурсенко и команда «реформаторов» образования, как это следует из интервью и из всей «реформаторской» деятельности в области образования, готовит для РФ.

Но ведь «за так» из Забугорья не дадут ничего, даже то, что не особо гоже, там даже за «колпачок» сдерут четыре золотых. Значит, надо что-то предложить взамен. А что предложить, если сами ничего не творим, а живем в условиях тотального квалифицированного потреблятства? В таком случае отдавать можно лишь то, что либо создано еще в советскую эпоху (многое уже отдали), либо вообще то, что не создано трудом, а является даром природы — сырье, минералы, лес, наконец, пространство, территорию, которую можно использовать всяко-разно: и в качестве экологической зоны расселения «богатеньких буратин» с их «мальвинами», и в качестве помойки — склада ядерных отходов, на худой и крайний конец, в качестве «геополитической валюты».

Таким образом, А.А. Фурсенко в своем интервью сформулировал программу такого образования (хотел написать: «создания такого образования», но рука не поднялась — для этой цели не надо создавать, достаточно разрушать то, что есть — «до основанья» и без всяких «затем», затем — тишина), которое навечно закрепляет за Россией статус сырьевой державы и резервной зоны «для тех, кто почище-с», ну а развитые технологии, которые суть продукт творчества, будут потребляться оттуда, где они создаются — из зарубежья, с Запада, который такой подход к образованию РФ, естественно, вполне устраивает, поскольку навсегда вычеркивает Россию и русских из списка потенциальных конкурентов. Потребитель — не конкурент созидателю, у потребителей нет шансов догнать созидателя (тем более, что если «не догнать» закрепляется определенной системой образования), у общества потребителей нет будущего.

Собственно, нынешняя «реформа» образования, даже если ее «конструкторы» ставили исключительно возвышенные цели (правда, возвышенные цели плохо стыкуются с потребительской установкой), объективно и есть выстрел в наше будущее, в наш суверенитет, в нашу цивилизацию, поскольку рано или поздно потребители, сколь бы высокой ни была их квалификация жрать, сопеть, переваривать и т. д. все это потеряют, у них все это отберут.

Стоп! А как же провозглашенный курс на модернизацию? Великое будущее? Здесь что-то не так. Либо своим интервью г-н министр делает добровольное признание в том, что ведет диверсионно-подрывную работу, направленную на срыв модернизационных «планов партии и правительства»: модернизация — это творческий порыв и осуществлять его могут только творцы. Либо от избытка интеллекта г-н министр выбалтывает реальные цели и планы по сырьевой консервации РФ, но тогда получается, что все разговоры о модернизации, как пел Галич, «это, рыжий, все на публику», это акция прикрытия некой базовой операции. То есть либо первое, либо второе. Если кто укажет третью возможную интерпретацию фразы г-на Фурсенко, буду премного благодарен, но дано ли третье?

Образование, консервирующее сырьевой («потребленческий» в плане развитых технологий) статус РФ в международном разделении труда, естественно, устраивает Запад — конкуренты никому не нужны, не для того рушили СССР. Таким образом, с интересом определенных групп и ведомств внутри страны произвести на свет некое новое образование (похожее на новообразование) смыкается интерес нынешних хозяев мирового рынка, которые в октябре 1995 г. устами президента Клинтона произнесли знаменитую фразу: «Мы позволим России быть. Но мы не позволим ей быть великой державой».

Неужели вновь возникает схема, известная нам по временам горбачевщины, по перестройке, схема, уничтожившая СССР — а именно блок интересов части верхушки мирового капиталистического класса и определенных групп внутри СССР? Похоже, в сегодняшней РФ тоже есть группы, которым распад страны позволил бы скрыть следы финансово-экономических преступлений — аналогичным образом руины СССР скрыли следы и улики «приватизации до приватизации». Разумеется, определенные группы на Западе прекрасно это понимают, структуры реализующие их интересы — как иерархические, так и еще чаще сетевые — стремятся найти уязвимые, гнилые и коррумпированные зоны в ткани постсоветского общества. Особым вниманием пользуются у них СМИ и сфера образования, именно по этим каналам они стремятся проникать в наш социум.

Деятельность этих структур отражает вполне определенные интересы, цели, главная из которых — не допустить восстановления экономической конкурентоспособности России, которая имело место (в лице СССР) даже в перестроечные 1980-е годы, которой так боялись на Западе (это открыто признала Тэтчер в 1991 г.) и из-за которой главным образом и рушили СССР, спасая Запад, США от экономической, а следовательно и социальной беды.

Когда-то Черчилль сказал о войне с Германией: мы воюем не с Гитлером, а с духом Шиллера — чтобы он никогда не возродился. То же могли и могут сказать «друзья» России — они не борются с конкретным режимом, они борются с духом Александра Сергеевича Пушкина, чтобы он не возродился. Действуют разнообразно и в разных сферах: финансово-экономической, информационной, культурной, превознося и поддерживая то, что нарушает и разрушает традиции национальной культуры, откровенно глумится над ними (примеры последних лет — поставленные в Большом театре «Евгений Онегин» и «Руслан и Людмила»). Нас в данном контексте интересует все же информационно-образовательная сфера, угрозы ее использования определенными структурами. С одной из них мы познакомим читателя.

Стервятники блогосферы

В 1997 г. в США при Гарвардском университете был создан Беркмановский центр изучения Интернета и общества (Berkman Centerfor Internetand Society). Основатели — Чарлз Нессон и Джонатан Цитрейн. Активно работали в Центре или под его эгидой Йохай Бенклер, УрсГассер, Уильям Фишер, Бенджамин Эдельман, Ребекка Маккиннон, Этан Цукерман. Двое последних заслуживают внимания и как сотрудники Беркмановского центра, и как учредители Globalvoices (2006 г.) — организации, выполняющей весьма специфические задачи и связанной с весьма специфическими структурами. Маккиннон, помимо прочего, учредила «Корпус блоггеров», занималась технической поддержкой тибетских и китайских диссидентских сайтов (чьи уши торчат здесь, объяснять не надо). Этан Цукерман известен и сам по себе, и как муж связанной с Globalvoices Рэйчел Баренблатт — ученицы каббалиста Залмана Шахтер-Шаломи, феминистки, сторонницы однополых браков (интересно, зачем замуж за Цукермана-то выходила?), имеющей сан раввина в Обновленческом движении Шахтер-Шаломи.

Следует обратить внимание на то, что сотрудники Центра вписаны и в другие неправительственные организации. Последние посредством этих связей превращаются в некую мегаструктуру со множеством щупалец, в совокупность совершенно разнородных составляющих, разнородных настолько, что вспоминается из Николая Алексеевича Заболоцкого:

Все смешалось в общем танце,
И летят во все концы
Гамадрилы и британцы,
Ведьмы, блохи, мертвецы.

Сотрудники Беркмановского центра занимаются социокультурными проблемами Интернета, социальными сетями, феноменом блогосферы и так называемыми «когнитивными науками». Именно через «реформируемое» образование, образование, из которого убраны «лишние знания», которое способствует дерационализации, деисторизации и примитивизации сознания.

В последние годы Центр работал над двумя проектами: «Гражданское право в области информации» (поддержка тем, кто занимается онлайн-медиа, защита свободы слова в Интернете) и «Интернет и демократия». Главным объектом исследований и практических действий последнего проекта, реализовывавшегося под руководством Брюса Этлинга, был Ближний Восток — арабские страны и Иран. Проект получил полуторамиллионный грант Инициативы ближневосточного партнерства (MiddleEastInitiativepartnership).

Вообще-то мы теперь хорошо знаем это партнерство: Ирак/Саддам Хусейн, Ливия/Каддафи — далее везде: «мы летим к вам».

Участники проекта изучали воздействие Интернета и особенно блогосферы на общество и государство конкретной страны. «Главное направление удара» Этлинга и К — консерватизм, который, по мнению «проектантов», нужно втягивать в блогосферу и таким образом заставлять его играть «по правилам прогресса»; блогосфера должна заменить традиционные системы социальных связей и передачи информации (семья, государство) на сетевые и таким образом может трансформировать любой режим без революции, особенно если блогосфера развита достаточно широко и включает в себя широкие слои молодежи, используя систему образования как сеть. Кстати, неудачи переворота, приуроченного к выборам в Иране, Этлинг и К объясняют «недостаточным развитием блогосферы».

Недоработали «тихие американцы». В Иране — не доработали, а вот в арабских странах — в Тунисе и Египте они преуспели больше, мобилизовав (вспомним стратегию вовлечения в блогосферу консерваторов) блогеров, ориентирующихся на «Братьев-мусульман». Беркмановцы прямо говорят о том, что блогеры и цифровые сообщества должны стать коллективными руководствами флэшмобов и смартмобов. Если учесть, что многие события последних лет (в Киргизии, Египте, Израиле, США) стартовали как флэшмобы, то становится ясно, что речь идет об организации подрывной деятельности посредством создаваемых в блогосфере «пятых колонн», попытку подавления которых западные СМИ (точнее говорить не СМИ, а СМРАД — средства массовой рекламы, агитации и дезинформации) истерически объявляют тиранией и пр. Вот что интересно: от анализа арабо- и фарсиязычной блогосферы беркмановцы плавно и без излишнего шума перешли к изучению русскоязычной блогосферы и активизировали проникновение в Россию, а сферой проникновения выбрано образование.

13 и 17 мая 2010 г., как сообщил сайт Санкт-Петербургского филиала Государственного Университета — Высшей Школы Экономики (далее — ГУ-ВШЭ), в этом заведении прошли две встречи представителей этого заведения и Беркмановского центра. Одна — в Москве, другая — в петербургском филиале. На встречах «вышки» и «беркманишки» были представлены проекты по блогосфере (MappingtheRussianblogosphere) и СМИ (Mediacloud). В октябре 2010 г. в Институте мира при «Рэндкорпорейшн», обслуживающей армию и разведслужбы США, состоялась презентация Mappingthe Russianblogosphere — проекта, обсуждавшегося пятью месяцами ранее в Москве. Как сказал бы о такой скорости незабвенный Твардовский, «хорошо работать можешь, очень хорошо, старик».

Кто-то задумается, почему именно на ГУ-ВШЭ пал выбор беркмановцев в развитии их деятельности в РФ? Можно лишь высказать догадки. Беркмановский центр выставляет себя борцом за права человека (в Интернете), выступает с либеральных позиций. ГУ-ВШЭ открыто позиционирует себя как либеральный вуз, от его представителей приходится слышать о том, что гуманитарный образовательный цикл должен способствовать выработке либерального мировоззрения. А ведь как наши «либералы» кляли коммунистов за идеологизированность образования. Ну да простим болезным — сами ведь из коммунистов вышли, но не только поэтому слово «либералы» применительно к РФ я беру в кавычки. Главное в том, что постсоветский «либерализм» — это всего лишь идейное прикрытие грабежа, бандитизма и криминального мошенничества, кстати, в том числе и в высшей школе, причем в вузах весьма именитых и престижных. Но, по-видимому, именно «либерализм» позволял жулью уходить от ответственности, меняя один вуз на другой.

Вернемся, однако, к нашим догадкам по поводу причин выбора беркмановцев. Что может быть кроме идеологии и ценностей? Не знаю. Впрочем, значение этих факторов вообще не стоит переоценивать, прав Иммануил Валлерстайн: «ценности становятся весьма эластичными, когда речь заходит о власти и прибыли». Гораздо более важны причины выбора не конкретного вуза стервятниками блогосферы, а сферы проникновения — образования. Появление в Москве Этлингаи К, фарсово напоминающее появление Воланда и его компании, указывает, во-первых, направление следующей после Ирана и арабских стран «деятельности» наемников информационной войны; во-вторых, locusstandi и fieldofemployment этой «деятельности».

Ясно, чем примитивнее образование, тем легче превратить его в сеть и в таком качестве подключить к одной из глобальных сетей или ко всем сразу (Twitter, Facebookи др.). Ясно также, с какими целями и с каким результатом, ведь все эти сети контролируются американцами и по сути являются готовым оружием сетецентричных войн. Только сильное, государственно-патриотически (а не глобально-космополитически) ориентированное образование может стать заслоном или даже контроружием в сетецентричных войнах, эффективно подавляющим создаваемые анклавы «пятых колонн» в сфере образования.

Все сказанное выше особенно важно для России, поскольку наша страна, как следует из заявлений Лиона Панетты, главы Министерства обороны США (ранее — директор ЦРУ), наряду с Ираном, Белоруссией, Китаем, Индией и Бразилией находится в списке target-nations, т. е. «государств-мишеней». Относительно этих потенциальных государств мишеней, помимо прочего, планируются «революции» с применением новейших коммуникационных и информационно-психологических (психоисторических) технологий, т.е. эти страны — объект возможных сетецентричных войн, главные удары в которых наносятся сетями, сетевыми структурами именно по когнитивной (в широком смысле слова) сфере, т.е. по сознанию и подсознанию индивида и групп.

Для успешного использования указанную сферу надо подготовить, прежде всего — упростить сознание, примитивизировать, а по возможности — ликвидировать убеждения, максимально стереть историческую память, релятивизировать ценности, особенно традиционные, национально-исторические. Homoretis (сетевой человек) — должен иметь, как зафиксировано в инструкции образца аж 1994 г. Международного республиканского института (InternationalRepublicanInstitute) мировоззрение, излагаемое всего одной фразой, социальную позицию — излагаемую тремя словами, которые должны действовать ударно, как хэштэги, и выскакивать в сознании автоматически при появлении в сети определенного звукового или визуального сигнала, определенной фразы типа «грабь награбленное», «долой диктатуру» и т. п.

Иными словами, мы имеем дело с самым настоящим зомбированием, а сеть структур, стоящая за этим может квалифицироваться как тоталитарная сектосеть. Дерационализированное, избавленное от «излишних знаний», деисторизированное сознание кардинально облегчает решение задач сетецентричных войн. Перефразируя «болтун — находка для шпиона» можно сказать: Homoretis — находка для «сетевиков» и их хозяев в борьбе с государствами-мишенями. В этом плане можно сказать, что образование, обрезанное по умыслу ли или по простоте, которая, как известно, хуже воровства, ослабляет национальную безопасность России, а за одно — безопасность психоисторическую и цивилизационную.

Эффект бумеранга

Советское образование надо было реформировать. Но реформировать не значит разрушать, снижая образовательные возможности значительной части населения и ослабляя позиции страны в международной конкуренции. Отмечу особо, что нынешняя «реформа» образования бьет не только по низам, но и по верхам, бумерангом возвращаясь к тем, кто ее запустил. Конкурентоспособность страны, а следовательно, безопасность правящего слоя определяется, помимо прочего, уровнем образования населения.

Страна с низким уровнем образования, а следовательно и ее верхи, правящий слой, обречены. И хотя Бжезинский заметил, что если ваша элита держит деньги в наших банках, то это уже наша (т. е. западная или западоидная) элита, в реальности не все так просто, как кажется «Лонг Збигу». Далеко не всем и уж тем более не в их нынешнем качестве найдется место на Западе, куда безопаснее на Родине. Разумеется, если она безопасна, если есть кому ее эффективно защищать и осуществлять эффективную конкуренцию на мировых рынках, а для этого нужно уметь не только и не столько потреблять, сколько созидать.

Получается, разрушение образования — это не только предательство по отношению к будущему страны, ее народу, но и по отношению к тем, кто этим народом правит. Я уже не говорю о таком факторе дестабилизации, как социальное недовольство, в том числе и недовольство, вызываемое «реформой» образования и ее результатами. Социальная несправедливость нынешней «реформы» образования очевидна, она встроена в эту реформу, является одним из ее моторов. И в этом плане «реформа» работает на рост недовольства и социальной напряженности – в тем большей степени, что власть не реагирует, например, на массовые протесты общественности и профессионалов против ЕГЭ, не реагирует на требования общественности отрешить министра образования от занимаемой должности.

Как избежать эффекта бумеранга? Думаю, для начала в этом плане «реформаторы» образования должны покаяться. Рвануть тельник на груди, поклониться и сказать нечто вроде «Прости, народ русский. Бес попутал. Заморочили нам головы басурмане заморские. Не со зла делали, от помутненья и одуренья». И — повинную голову меч не сечет. А в качестве конкретного предложения, которое должны сделать сами же деформаторы образования во искупление грехов, должно быть следующее: максимально широкое обсуждение закона об образовании прежде всего профессионалами, специалистами, а не «манагерами за все», обсуждение, за которым должна последовать кардинальная переработка закона об образовании в интересах общества в целом, страны, нашего будущего. И это только первый шаг на пути исправления курса на разгром образования.

Ну а если нет, если будет продолжаться начатое, то, значит, движутся наши «реформаторы» образования по опасной дороге. И как пел бард, « а в конце дороги той — плаха с топорами». И хорошо, если в переносном, а не в прямом смысле. Впрочем, как говаривал блаженный Августин, наказания без вины не бывает. И да воздастся упорствующим в неистине — по закону, разумеется. Только по закону.

Директор Центра русских исследований Московского гуманитарного университета, кандидат исторических наук

Андрей Фурсов

worldcrisis.ru

Только ограничится ли дело «арабской весной»? Происходящая следом за сменой власти радикальная исламизация огромного региона заставляет многих экспертов делать выводы, что в будущем нас ждет не менее бурная и кровавая «арабская осень». И тогда весь мир почувствует на себе, что такое демократия на Ближнем Востоке.

Помочь разобраться в причинах внезапных потрясений в арабском мире «Свободная пресса» попросила директора Центра русских исследований Московского гуманитарного университета, академика International Academy of Sciences (Международной академии наук, Инсбрук, Австрия) Андрея Фурсова, чьи прогнозы по Ближнему Востоку и Северной Африке уже получали своё подтверждение в будущем.

– Революция – это сочетание двух необходимых условий. Прежде всего, должны быть социально-экономические и политические предпосылки. При всей важности социально-экономической составляющей она является необходимым, но недостаточным условием революции. Она невозможна без организации, финансового обеспечения и манипуляции информационными потоками. Системные условия для революций существуют во многих странах и в течение длительного времени, однако они почему-то происходит далеко не всегда и не везде.

Например, революция в России 1905–1907 гг. Была ли она закономерна? Безусловно, острейшие социально-экономические противоречия нарастали в течение многих десятилетий. Правящий слой деградировал, власть олигархизировалась и слабела. В то же время, если бы Запад (как государства, так и частный капитал – французский, английский, и т.д.) и Япония не организовали финансовую подпитку либеральным и левым партиям, если бы не действовала западная агентура в прямом смысле (типа Парвуса) и агентура влияния, то в лучшем случае мы имели бы просто серию крестьянских и городских бунтов. Оргусилия и финансовая поддержка из-за рубежа превратили революцию из возможной закономерности в необходимость.

В революционных потрясениях XIX–XXI вв. огромную роль, причём по нарастающей, играет финансовая и организационно-информационная поддержка антисистемным силам из-за рубежа. Вся история капиталистической эпохи – это история постепенного стирания, истончения границы между «внешним» и «внутренним», мировым (с 1980-х – глобальным) и национальным. Мировой рынок с его товарными цепями, финансовый капитал не знают политических границ; более того, стремятся к их преодолению и устранению, в том числе и с помощью поддержки революционных сил в странах-мишенях. Революционное движение с последней трети XIX в. носит интернациональный, мировой характер. Революционные (антисистемные) «элиты» – часть некоего международного комплекса. К их деятельности имеют отношение и международный капитал, и спецслужбы и т.д.

Так, события в Тунисе начались с волнений в тунисском порту. Кто контролирует порт? Семейство Боннано – одно из пяти криминальных семейств Нью-Йорка, которое обеспечивает наркотрафик в различных регионах мира, включая часть Средиземноморья. Вообще нужно сказать, что наркотрафик и стоящие за ним кланы из различных средиземноморских стран имели свой интерес в событиях «арабской весны», а это явно не национальный, а как минимум, макрорегиональный уровень.

А вот ещё один наднациональный аспект организационного обеспечения «арабской весны». События в Тунисе и Египте развивались в форме флэшмоба и смартмоба с активным использованием Интернета, блогосферы. А это уже совсем не национальный уровень, а глобальный с центром далеко от арабского мира.

Есть в Гарвардском университете один центр, Беркмановский называется. Создан в 1997 г. Сотрудники Центра занимаются изучением социальных сетей, блогосферы. В последние годы Центр работал над двумя проектами с вполне наукообразными названиями: «Гражданское право в области информации» и «Интернет и демократия». Главным направлением исследований и практических действий последнего проекта был Ближний Восток – арабские страны и Иран.

Участники проекта изучали воздействие Интернета вообще и особенно блогосферы на общество. Кстати, неудачи переворота, приуроченного к выборам в Иране, Беркмановский центр объясняет «недостаточным развитием блогосферы». Недоработали «тихие американцы». В Иране – не доработали, а вот в арабских странах – в Тунисе и Египте – они преуспели больше, мобилизовав блоггеров, ориентирующихся на «Братьев-мусульман». Беркмановцы прямо говорят о том, что блоггеры и цифровые сообщества должны стать коллективными руководствами флэшмобов и смартмобов. Остаётся добавить, что контрагент беркмановцев по их «изучению» российской блогосферы – Высшая школа экономики.

Разумеется, Беркмановский центр – не единственный, работавший «по арабам». Были задействованы и другие структуры, у которых были те же цели, а точнее мишени – те режимы, верхушки которых надо было зачистить как неугодные. Угодных, естественно, не трогали. Например, Бахрейн. Там шли массовые выступления против действующей власти, лилась кровь демонстрантов. Но «мировое сообщество» будто не замечало этого. Зато вовсю кричат о Сирии в той же возмущенной тональности, как до этого кричали о Ливии, когда там правил Каддафи. Есть замечательный латинский вопрос «qui prodest?» – «кому выгодно?». И пример Бахрейна хорошо показывает, что даже наличие системных противоречий далеко не всегда приводит к революции и смене власти, если это не в интересах мировых властных и финансово-экономических элит. Почему такой заинтересованности пока нет? В Бахрейне базируется 5-й флот ВМС США. Поэтому понятно, какие уши и откуда торчат.

«СП»: — Тогда зачем «слили» Мубарака, десятилетиями верно ориентировавшегося на Вашингтон?

– Да, сейчас все говорят: «Как же это может быть делом рук американцев, ведь Мубарак был такой проамериканский?». Это либо проявление наивности, либо лукавство. Во-первых, как известно, в политике нет вечных друзей и вечных врагов. Есть интересы и польза. Вчера Мубарак был полезен и нужен, а сегодня нет. Во-вторых, Мубарак был завязан на республиканскую партию, а «валили» его при президенте-демократе, при Обаме. План, реализуемый Обамой, начали разрабатывать ещё несколько лет назад. Суть этого плана – устранение светских режимов, выдвижение исламистов или, как минимум, создание чего-то похожего на турецкую модель, только с преобладанием не военных, а исламистов.

«СП»: — Зачем США нужны в этом регионе исламисты?

– Сначала – вопрос: а зачем они вообще нужны были США? На первый взгляд ответ лежит на поверхности – для борьбы с СССР в Афганистане. И во многом это действительно так. Дело, однако, в том, что игры с исламистами американские (и вообще западные) спецслужбы начали задолго до афганской войны. Контакты с «Братьями-мусульманами» ЦРУ установило аж в середине 1950-х; МИ-6 тоже не дремала. Исламистов держали «про запас» для борьбы с просоветскими или нейтральными режимами, а также с теми прозападными режимами, которые проявляли излишнюю, с точки зрения хозяев Мировой Игры, самостоятельность. И ещё один момент. В исламском мире, особенно в среде традиционалистских и фундаменталистских организаций с конца 1940-х годов довольно активно действовали эмиссары «Чёрного Интернационала» («Четвёртого рейха») – эсэсовцы, ушедшие не в Латинскую Америку, а на Ближний Восток. Эта активность стала дополнительной причиной внимания западных, а позднее израильских спецслужб к исламистам.

После ввода советских войск в Афганистан исламисты стали ударной силой США и Саудовской Аравии в борьбе с СССР. После окончания войны многие из них обратили оружие против самой Америки. Многие, но далеко не все; более того, немало тех, кто, как Бен Ладен и ряд других, на словах выступали против США, на самом деле играли в игры американских спецслужб и с американскими спецслужбами. Об этом написано немало работ, в частности А. дель Валем, Р. Лабевьером и другими.

Кстати, Лабевьер именует исламистов «цепными псами глобализации по-американски». И это не случайно: у исламистов, с одной стороны, и у американских транснациональных корпораций (ТНК) и финансовых структур, с другой, – один враг. Это национальное государство. В борьбе против него они – союзники. Будучи когда-то выпестованы для решения одних задач, сегодня исламисты используются для решения других: старые ключи открывают новые замки. Чтобы сделать арабский мир более удобным и податливым для экономической эксплуатации и политической манипуляции, нужно раздробить его на этно-религиозные фрагменты, уничтожить национальные государства, превратив Большой Ближний Восток в геополитическую мозаику. Лучшего кандидата в мусульманском мире на борьбу с национальным государством, на его подрыв, на создание ситуации управляемого хаоса, чем исламисты просто нет. А управляемый хаос – именно то, что нужно североатлантической элите на Ближнем Востоке.

«СП»: — Для чего?

– Америка перенапряглась и вынуждена уходить с Ближнего и Среднего Востока (Пакистан, Афганистан, Ирак). Но уходить нужно так, чтобы этим не воспользовались конкуренты, чтобы максимально осложнить им жизнь. Значит, уходя, нужно оставить после себя хаос, но такой, которым можно управлять. Точнее, такой, которым управлять смогут только американцы с помощью ограниченных контингентов, спецслужб, частных военных компаний и местных союзников, которых они привели к власти. Эти местные союзники исламисты, которых, в случае необходимости, можно комбинировать с военными («турецкая модель») или какими-то иными силами, чтобы, например, несколько пригасить радикализм.

На Ближнем Востоке было две страны, в которых исламисты либо были придавлены, либо не были излишне воинственными. Это Ливия и Сирия. Именно вокруг них и идёт возня: Ливию уничтожили, создав там ситуацию управляемого хаоса, Сирию обложили со всех сторон и готовятся раздавить. Если это произойдёт, то дуга нестабильности устремится в направлении Ирана и Центральной Евразии, включая Кашмир и Синьцзян-Уйгурский район КНР.

То, что мы видим на Ближнем Востоке сегодня, – это только начало большой геополитической игры с использованием исламского фактора и создания больших зон управляемого хаоса. Думаю, что этим регионом дело не ограничится. Не исключаю, что запылает еще и юг Европы, т.е. север Средиземноморья.

В той игре, которую американцы и Запад в целом вели на Ближнем Востоке в 1950–80-е годы, главную союзническую функцию для них выполнял Израиль. Его вполне хватало для решения задач точечного сдерживания. Теперь речь идёт не о точках, а о макрорегионе в целом, и не о сдерживании, а об экспансии. Такая задача Израилю не по силам. Её может выполнить только арабская и мусульманская по своей природе сила. На данный момент это исламисты. Иными словами, смена задач и их масштаба ведёт к смене инструмента-союзника.

«СП»: — Вы полагаете, цель США – развязать большую войну?

– Нет, цель США как кластера ТНК создать Новый Средний Восток, в организованном управляемом хаосе которого как в мутной воде можно будет «ловить рыбку».

Для того чтобы реализовать эти задачи, нужно уничтожить Сирию как светское национальное государство, которое к тому же проводит относительно независимую политику. Сирия – тот «камешек», который заблокировал вращение колеса. Поэтому на Сирию и оказывается беспрецедентное давление, причём по самым разным линиям, даже по религиозной, христианской. Тьери Мейсан, например, сообщил о том, что во время встречи с патриархом Антиохийским Саркози пытался убедить его, что сирийские христиане (а это около миллиона человек), не должны поддерживать Асада. Иначе, мол, исламисты, которые придут к власти, их попросту вырежут.

Для удара по Сирии создаётся по ливийскому образцу войско, в составе которого переодетые в форму так называемой «Освободительной армии Сирии» турки, арабы и курды. Ну а военно-техническое и информационное обеспечение будет обеспечивать дубинка транснациональных корпораций блок НАТО. Впрочем, кажется, в случае с Сирией, североатлантическая верхушка, натовцы, нарвались на крепкий орешек, на такой валун, который трудно повалить.

«СП»: — А зачем вообще валить Сирию?

– Во-первых, как я уже сказал, Сирия – один из немногих светских режимов на Ближнем Востоке, в котором у исламистов самих по себе очень мало шансов прийти к власти. Во-вторых, Сирия – союзник Ирана, а Асад вовсе не желает быть американской «шестёркой». В той конфигурации, которую американцы выстраивают на Ближнем Востоке, и с помощью которой североатлантические элиты хотят пережить глобальный кризис и сохранить позиции, привилегии и власть в послекризисном мире, режимам типа сирийского места нет.

«СП»: — Зачем в это лезут Франция и Турция?

– Эрдоган, насколько мне известно, политик не вполне самостоятельный. У части турецкого истеблишмента есть желание укрепить свои позиции в регионе. Крушение Сирии в краткосрочной перспективе действительно укрепит позиции Турции как региональной державы. Но только – в краткосрочной. Потому что устранение или ослабление Сирии означало бы усиление американского диктата в этой зоне вообще и по отношению к Турции в частности.

Что касается Франции и Италии, то в данной ситуации речь не столько о государствах, сколько о правящих верхушках, которые имеют наднациональный характер – клубы, ложи, комиссии, орденские и неорденские структуры. Их клановые и геополитические интересы существенно отличаются от национальных интересов государств – тех же европейских. Североатлантическая элита, в которой в целом доминируют американцы, заинтересована в создании проблем конкуренту – Западной Европе. И европейский сегмент североатлантической элиты (достаточно вспомнить прозвище обязанного своей карьерой американцам Саркози – Sarco l’Americain) играет в эту игру.

Вспомним войну в Югославии. Ведь созданием Косово – мусульманского наркокриминального «государства» – закладывалась бомба под Европу. И тем не менее понимавшие это лидеры западноевропейских стран взяли под козырёк, поскольку западноевропейские элиты – часть североатлантического наднационального комплекса с англосаксонским ядром.

«СП»: — Связано ли происходящее с мировым финансовым кризисом?

– Конечно. Но не просто с мировым финансовым кризисом, а с глобальным кризисом системы, частью которой является финансовый кризис. Для того чтобы мировая верхушка решила свои проблемы, необходимо убрать препятствия на этом пути – устранить национальные государства. Приходят ТНК, а с ней частные военные кампании. Начинают продавливать свои интересы. Поэтому разрушение национальных государств, уничтожение их суверенитета и создание зон управляемого хаоса – это одна из главных задач североатлантических элит в условиях кризиса. Об этом они проговариваются почти откровенно. При этом интеллектуальная обслуга мировой верхушки старается убедить людей в том, что государство устарело, изжило себя, оно мешает рыночной эффективности, рыночной рациональности, свободному потоку товаров и капитала.

То, что происходит сегодня на Ближнем Востоке, это только начало Большой Игры в регионе, которая должна решить очень многие проблемы ТНК. Проблем кризиса, однако, это не решит, потому что он носит системный характер, и никакие частные методы здесь не помогут. Но это может отсрочить его и как-то смягчить для ТНК и североатлантической элиты. Кризис заставляет их создавать новые геополитические конфигурации для решения экономических и иных проблем.

«СП»: — То, о чем вы говорите, очень сильно похоже на иллюстрацию к книге «Исповедь экономического убийцы» Джона Перкинса.

– Естественно. В свое время я даже писал на нее рецензию. Человек просто наглядно описывает, как убиваются целые экономики ради своей прибыли.

«СП»: — Что происходит сегодня в Ливии?

– По той информации, которая у меня есть, в городах, контролируемых новой властью, идет резня. Запад по этому поводу не протестует, не кричит о преступлениях против человечности – режут-то его противников. Всё те же двойные стандарты, как в случае с сербами и албанцами. В Ливии начинается сопротивление племён запада Ливии племенам восточной части. Страна в племенном плане была традиционно разделена на богатый Восток, где есть нефть, и бедный Запад, где нефти нет. Ясно, что в Ливии на долгое время создаётся ситуация управляемого хаоса. Иным образом это делалось в Судане, который сейчас разделили на Южный и Северный. Но там совершенно очевидная ситуация – это был удар американцев по Китаю, потому что он туда влез очень серьезно. Разделив Судан на две части, США провели антикитайскую акцию. Впрочем, Китай настолько плотно внедрился во многие африканские страны (например, в Нигерию, Анголу), что выбить его оттуда без большой крови проблематично. Да и с большой кровью тоже.

«СП»: — Прокадаффийские силы не смогут вернуть себе власть в течение нескольких лет?

– Этот вариант маловероятен. Не для того валили Каддафи, чтобы позволить прокаддафийским силам вернуться к власти. Этот вариант возможен только если у американцев сложится в целом аховая ситуация на всем Ближнем Востоке и им станет не до Ливии. Но поскольку в Ливии уничтожено государство как таковое, там теперь можно вести войну с прокаддафийскими племенами с помощью антикаддафийских, добавив им западных военных советников и солдат и офицеров частных военных корпораций. И вот, пожалуйста, – на десятилетия обеспечен конфликт. Самое главное – защищать нефтяные вышки. А в остальном, по логике захватчиков Ливии, пусть там все хоть перережут друг друга.

«СП»: — Теперь Египет. Что будет с ним?

– В складывающихся условиях военные в этой стране едва ли удержат власть. Единственная сила, которая способна там сейчас это сделать, – исламисты. Другое дело, что они могут быть радикальными или не очень. В любом случае в Египте, как и во всём арабском мире, эпоха откровенно светских режимов уходит в прошлое. Мы сталкивается с интересным феноменом: в начале 21-го века мы как бы возвращаемся во времена Средневековья, в некий футуроархаический мир на руинах Модерна.

В этом плане имеет смысл вспомнить хомейнистскую революцию в Иране 1979 года. Ведь шах Ирана был застрельщиком модернизации, так называемой «белой революции». И был убран американцами за то, что стремился если не к полной независимости от США, то к значительной автономии. Предполагалось, что Хомейни, которому косвенно помогали прийти к власти западные спецслужбы, будет играть в западные игры. А Хомейни оказался самостоятельным деятелем крупного масштаба, который не стал играть в «западные шахматы», смахнул фигуры с доски, а доской врезал по оппоненту. Американцы получили головную боль на несколько десятков лет. Но, факт остается фактом – именно американцы и западные спецслужбы, как минимум косвенно, способствовали приходу к власти исламистов в Иране. Теперь исламисты идут к власти по всему Ближнему Востоку – и опять торчат не ближневосточные уши.

«СП»: — Какую роль будет играть Египет в дальнейшем развитии событий?

– В условиях тех быстрых изменений, в которых мы живем, давать подобные прогнозы очень сложно. Мир сегодня находится в точке бифуркации, т.е. в точке, в которой у него максимальный выбор вариантов развития. При этом всё определяется не силой толчка, а направлением и инерцией движения. В результате небольшая группа может задать ход истории, определить её развитие на несколько десятилетий, а то и более. Поэтому прогнозировать сейчас трудно.

В любом случае Египет остается ключевой страной на стыке Африки и Азии. Это кузница интеллектуальных кадров для мусульманского мира. И в этом плане Египет будет играть традиционно большую роль в регионе. А вот стабилизирующую или нет – это другой вопрос.

«СП»: — Что с Тунисом?

– Судьба отдельных небольших стран будет зависеть от того, как будет развиваться мировой процесс в целом. Это Китай или Индия могут развиваться сами по себе, но не такие страны, как Тунис. Ситуация в них будет зависеть от общей ситуации в мире.

«СП»: — Сирия и Иран – по ним будут бить одновременно?

– Нет, я думаю, что силенок ударить одновременно, скорее всего, не хватит. Это нелегко сделать даже с одной страной. Иранская правящая элита, в отличие от иракской не отличается готовностью продаваться. Она вообще другая, чем верхушки арабских стран. Да и сам по себе Иран может жестоко наказать агрессора. Схватка с Ираном пахнет если не мировой, то макрорегиональной войной по всему Ближнему Востоку, а может и шире. В любом случае в стороне от такой войны не останется Китай, да и Россия тоже, несмотря на наличие проамериканского, пронатовского лобби. Думаю, пока не решится сирийская проблема, иранскую трогать не будут. Кстати говоря, Иран готов к схватке. То, что иранцы устроили погром в британском посольстве, а полиция целый час не вмешивалась, является сознательным обострением ситуации. Тегеран как бы говорит: «Давайте, ребята, мы не боимся. Давайте-давайте, вперед. Вам нужен повод? Пожалуйста».

«СП»: — Вы сказали, что проблемы Сирии и Ирана во многом обусловлены их независимой политикой. Не увидим ли мы в таком случае попытки решить проблему Северной Кореи или Венесуэлы?

– С Северной Кореей никакого радикального решения вопроса не может быть, потому что за ней — Китай. И прежде чем решать проблему Кореи, нужно решать проблему Китая, а на это никто не осмелится. Что касается Венесуэлы, то в 2000-х там уже была попытка переворота, которая провалилась. Не исключено, что нынешняя болезнь Чавеса не случайна – по части устранения неугодных им лидеров американцы просто чемпионы; облом – и серьёзный – у них произошёл с Фиделем Кастро: несколько сотен попыток покушений, из них несколько десятков серьёзные – и никакого результата. В любом случае решить проблему Венесуэлы американцам легче, чем корейскую проблему. Хотя… есть информация, что в Венесуэле три военно-морские базы Ирана. А следовательно…

«СП»: — Что будет происходить с Израилем в следующем году?

– Что будет происходить конкретно в следующем году, сказать трудно, а вот тенденцию ближайших лет зафиксировать можно. Новая конфигурация на Ближнем Востоке – с усилением роли исламистов и укреплением позиций Турции как регионального лидера (с трендом на ее превращения в импероподобное образование нового типа – эдакую футуроархаическую сетевую Османскую империю) грозит Израилю нарастающей изоляцией.

Что ещё хуже для Израиля, ставка части американской и – шире – североатлантической верхушки, чьим представителем выступает Обама, на создание иного Ближнего Востока, Ближнего Востока с более или менее умеренными исламистами у власти. Это грозит Израилю не только изоляцией, но и, возможно, сдачей. Именно поэтому Израилю сегодня нужен региональный конфликт – он отсрочит или вообще предотвратит изоляцию и сдачу. Такая ситуация не может не привести к усилению роли военных в этой стране. И это уже происходит. 16 декабря 2011 г. командование Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) создало отдельное командование для проведения «дальних операций». Речь идёт именно о военных операциях, а, например, не о физической ликвидации учёных, конструкторов и инженеров в ядерной области в Иране или арабских странах – с этим справляется Моссад. Речь идёт о военной ликвидации непрямых угроз безопасности Израилю, т.е. об асимметричных и непрямых действиях военного типа. Нельзя не согласиться с теми аналитиками, которые считают, что созданием такого командования израильский Генштаб становится политическим субъектом.

«СП»: — Как может развиваться ситуация в случае относительного и среднесрочного замирения североатлантических элит с исламистами в рамках новой геополитической конфигурации, если она состоится?

– В случае такого замирения или даже создания некоего союза, Израиль в той функции, для которой он использовался в течение всей его истории, уже не нужен. Более того, замирение потребует его сдачи как геополитической единицы – речь о сдаче не еврейства, не иудаизма и т.п., а лишь только Израиля. Разумеется, такой поворот событий резко обострит борьбу внутри самих западных элит, поскольку далеко не всем придётся по вкусу: среди сторонников существования Израиля немало неевреев (впрочем, среди евреев есть противники Израиля). Однако в любом случае союз с исламистами поставит на повестку дня судьбу Израиля. И если будет принято решение о ликвидации проекта «Израиль», которая не может не быть постепенной и связанной с созданием анклавов на «дальних берегах», на «дальних территориях», то военную безопасность на этих территориях как раз способно обеспечить вновь созданное командование и его силы.

Разумеется, эти рассуждения – во многом из области политической фантазии, но мы живём в эпоху фантастического реализма, когда осуществляются самые фантастические проекты. Кроме того, надо учитывать прагматизм и цинизм (т.е. реализм без моральных принципов) североатлантической элиты, легко выбрасывающей в утиль-сырьё то, что не нужно, что отслужило, будь то отдельные лица, структуры, государства или даже этносы – «Кто не слеп, тот видит», как говаривал один крупный деятель советской истории. В любом случае, в том водовороте, который возникает на Ближнем Востоке, Израиль и евреев ждут нелёгкие времена – Воронка Истории, которую «мастерят» Властелины мировых колец в этом регионе, способна всосать в себя многое и навсегда.

В этом плане можно сказать, что резкое обострение ситуации в регионе, например война с Ираном, в краткосрочном плане решит проблемы Израиля. Однако уже в среднесрочном плане она, даже в случае вовсе не гарантированной, а во многом сомнительной победы над Ираном, обернётся серьёзнейшими проблемами. Поэтому, как это ни парадоксально, Израилю, если он хочет сохраниться в каком-то виде, нужно искать новых исторических союзников.

«СП»: — В заключение как бы вы охарактеризовали в целом ситуацию, складывающуюся на Ближнем Востоке?

– Как исключительно интересную и опасную, как своеобразный финал мировой игры англосаксов и их морских держав с континентальными; по иронии Истории именно Ближний Восток становится той площадкой, где этот финал разыгрывается.

В течение последних четырёх столетий, по мере развития и экспансии капитализма его паладины и крестоносцы англосаксы, двигаясь с запада на восток Евразии, постепенно и последовательно устраняли континентальных конкурентов. В XVI в. это была Испания, в начале XIX в. – Франция (с помощью России и немцев), в первой половине ХХ в. – Германия (с помощью русских), в конце ХХ в. – русских (СССР) с помощью разыгранной «китайской карты». Сегодня главным глобальным конкурентом англосаксов и североатлантических элит выступает Китай – самая восточная из евразийских континентальных держав.

Контролируемая североатлантическими элитами капиталистическая система достигла пределов в своём развитии – она исчерпала свои ресурсы, подведя земную цивилизацию к самому краю. Поэтому для них создание новой системы – вопрос жизни и смерти. Новая геополитическая конфигурация мира в целом и его основных макрорегионов – необходимое условие создания новой социально-экономической системы. Первый шаг на этом пути – реконструкция Ближнего Востока. И здесь Запад, США опять движутся с запада на восток – Тунис, Ливия, Египет – и «дотопали» до Сирии, чтобы затем шагнуть в иранском направлении. Здесь вспоминается фраза, сказанная Суворовым о Наполеоне: «Широко шагает, пора и унять молодца». Кто уймёт? Похоже, в своём Drang nach Osten североатлантисты натолкнулись на «китайскую стену» – подвижную. И движется эта «стена» на запад — «nach Westen» — уже почти два десятилетия, т.е. почти всю постсоветскую фазу мировой истории.

В 2011 г. под негласный контроль КНР по сути перешёл Пакистан. Пишем «Пакистан», «Афганистан» – «на ум пошло», реально это тоже зона влияния КНР (факт сохраняющегося пока присутствия натовских агрессоров ничего в этом плане не меняет). Иран – стратегический союзник Китая. С уходом американцев из Ирака на юге этой страны образуется прямой шиитский коридор, связывающий Иран (а, следовательно, Китай) с Сирией. Объективно и в долгосрочной перспективе планы разрушения Сирии направлены против Китая: сметая Сирию и Иран, силы североатлантическо-исламистского союза окажутся у границ КНР. Поэтому останавливать агрессию надо на дальних рубежах. Это понимают и в Китае и, к счастью в России, несмотря на антикитайскую пропаганду «пятой колонны» Запада.

Финальная схватка за Евразию и мир и, похоже, последняя Большая Охота капиталистической эпохи разворачивается в одном из древнейших регионов мира, а потому, помимо прочего, перенасыщена оккультной, мистической символикой. Разграбление музеев в Багдаде и Каире и похищение или уничтожение археологических артефактов вещь далеко не случайная и очень показательная, по крайней мере, для тех, кто понимает суть событий.

Родится ли из этой схватки новый мир (как мы помним, «война/борьба – отец всего») или всё полетит в Тартар Истории – этого мы знать не можем. Ясно одно: на маленьком сирийском пятачке решается исход битвы за Будущее, и тот, кто сморгнёт, проиграет.

Виктор Савенков, «СвободнаяПресса«

Трудный возврат наверх

- Какие изменения произошли в промышленности области за последние 10 лет?
- Объем промышленного производства пока еще не достиг уровня 1990 года. Наибольшее отставание сложилось в отраслях машиностроения и металлообработки, промышленности строительных материалов и легкой промышленности. Превысила уровень 1990 года только электроэнергетика.
В результате изменения общегосударственной экономической политики в 1992 году Саратовская область получила наибольший удар и темпы падения ее промышленности были самые высокие. Основной удар нанесен предприятиям ВПК Саратовской области, которые были ориентированы преимущественно на производство комплектующих. Если сравнивать с другими регионами Приволжского федерального округа, то мы увидим, что для Самарской области и Татарстана графики падения промышленности прошли более полого.

Только в последние годы удалось добиться возрождения и стремительного развития предприятий бывшего ВПК.
В начале сентября я был на нижегородской ярмарке. Подхожу к стенду одной фирмы, а у них все сделано на базе разработок саратовских предприятий. Оказалось, это ребята-оборонщики из Рязани, которые внимательно изучили коньюнктуру предприятий Саратовской области и заключили с восемью из них договоры о поставках продукции на внутренних и внешних рынках. Это свидетельствует о том, что продукция саратовцев востребована и пользуется спросом.
Если говорить о перспективах оборонной промышленности, то следует отметить успешную работу саратовских предприятий в составе холдингов. Это такие предприятия как приборостроительный завод Орджоникидзе и КБПА в составе холдинга «Авиаприбор», «Алмаз-фазотрон» в составе холдинга «Фазотрон». Самому «Алмазу», к примеру, в нынешних условиях трудно пробиться на рынок. Холдинг осуществляет отгрузку наших самолетов в Китай, распределяет заказы между предприятиями холдинга, координирует их работу. Цивилизованная, нормальная, перспективная схема.

Мы оживаем благодаря науке

Очевидно, что стабильный рост объемов производства и реализации продукции со снижением ее себестоимости, повышением качества и быстрым обновлением номенклатуры в современных условиях возможны прежде всего на основе инновационной деятельности.
В Саратовской области созданы правовые основы инновационной деятельности. Принят впервые среди субъектов федерации Закон Саратовской области «Об инновациях и инновационной деятельности» (замечу, что соответствующего федерального закона до сих пор нет), а также областные законы «О гарантиях частных инвестиций в Саратовской области», «О стимулировании инвестиционной деятельности в Саратовской области».
В октябре 1999 года создан экспертный комитет по проблемам инновационной деятельности Высшего экономического совета при губернаторе Саратовской области (ВЭС), который возглавил первый проректор СГТУ, профессор, доктор экономических наук Атоян В.Р.
Комитет принял активное участие в разработке Программы развития промышленности Саратовской области на 2001-2005 годы в части мероприятий по развитию инновационной деятельности в сфере промышленного производства и проведению энергосберегающей политики, представил для инвестирования ряд инновационных проектов и стал одним из активных участников разработки Программы научных исследований в сфере промышленного производства в Саратовской области на 2001-2003 годы.
При министерстве промышленности создан Совет по научно-технической и инновационной политике, основным направлением деятельности которого является внедрение передовых разработок новых видов технологий и продукции на промышленных предприятиях области.
Наибольшее число инновационно активных предприятий области относится к приборостроению, включая специализированные приборостроительные заводы оборонного комплекса, машиностроению и металлообработке и электротехнической промышленности.
Среди уже реализованных инновационных проектов мне хотелось бы в первую очередь выделить следующие:
- разработки троллейбуса европейского стандарта (ОАО «Тролза»);
- подготовки производства вакуумных дугогасительных камер, вакуумных коммутационных аппаратов (выключателей и контакторов) для топливно-энергетического комплекса; мощных генераторных ламп — аналогов фирмы «Тошиба»; изделий пожарно-охранной сигнализации (ГНПП «Контакт»);
- разработки технологий и оборудования для горячей и холодной обработки стекла для электронной и светотехнической промышленности, для сборки компактных люминесцентных ламп и натриевых ламп высокого давления (ОАО «СНИИМ»)
- выпуска медицинских аппаратов (ФГУП ПО «Корпус» и ОАО ЦНИИИА);
- автоматизированной системы управления технологическим процессом на ТЭЦ-5 (ОАО «Саратовэнерго»);
- разработки и производства приборов для защиты зрения (НИИ «Волга»).
Значительным инновационным потенциалом обладают вузы Саратовской области, которые активно создают новые инновационные структуры, такие, например, как технопарки, являющиеся многофункциональными научно-производственными объединениями.
Прежде всего это технопарки «Волга-техника» СГТУ и «Волга» СГУ, в состав которых входят десятки инновационных структур, разрабатывающих и внедряющих в производство различные виды наукоемкой продукции и оказывающих услуги промышленным предприятиям в области сертификации продукции, защиты интеллектуальной собственности.
Рядом вузов и промышленных предприятий созданы совместные инновационно-технологические центры (ИТЦ «СПЗ-СГТУ», ИТЦ «САЗ-СГТУ»), на базе которых осуществляется разработка, внедрение и производство комплектующих и оборудования, не имеющего аналогов в мире.

Есть ли прок от федеральных округов?

- Что изменилось в экономической политике правительства и Вашего министерства с созданием Приволжского Федерального округа? Какую роль играет окружной уровень в развитии промышленности области?
- Сейчас предпринимаются попытки сделать программы развития трех определяющих отраслей для округа. В первую очередь это автомобильная — Горький, Тольятти, Ульяновск. Авиационная отрасль представлена Саратовским, Самарским, Ульяновским, Казанским авиазаводами, моторами Перми и Рыбинска, приборостроительными комплексами заводов округа. Третье направление — химия и нефтехимия. Нефте- и газодобывающие, а также нефтеперерабатывающие мощности предприятий регионов давно уже чувствуют координирующее влияние округа.
Для меня лично наиболее близкое и тесное взаимодействие предприятий округа видится в решении проблемы уничтожения химического оружия. На территории России семь арсеналов по хранению химического оружия, и из них пять на территории Приволжского федерального округа. Не случайно поэтому президент назначил Сергея Владиленовича Кириенко председателем государственной комиссии по уничтожению химического оружия, то есть налицо — президентская вертикаль, подчеркивающая высокий статус программы.
В сфере утилизации химического оружия уже были предприняты определенные шаги – от политических до экономических, включающих в себя определение затрат из федерального бюджета на финансирование. Только в этом году произошел ощутимый скачок в финансировании программы по уничтожению химического оружия. Если в прошлом году было профинансировано около 500 млн. рублей, то в этом будет профинансировано в общероссийском масштабе 3 млрд., из них на наш объект — 1,107 млрд плановых и 400 млн. дополнительных.
Мы сейчас прорабатываем вопрос о подключении региональных подразделений «Спецстроя» России — Пензенской, Самарской областей. Думаю, есть все предпосылки, чтобы в ближайшее время закончить строительство и уже в первом квартале следующего приступить к уничтожению ОВ и отработке технологий.

«Стала оперяться моя кооперация». Вслед за Маяковским это можем повторить и мы.

- Что делается для развития кооперативных связей на внутриобластном и межобластном уровнях?
- Говоря о внутриобластном уровне кооперации, можно привести целый ряд примеров. Энгельсский химкомбинат вырабатывает капроновую нить, полиамидную нить, Балашовский комбинат Балтекс изготавливает ткань, из которой там же производит свою продукцию швейная фабрика Лаке.
Такие институты как НИТИ-«Тесар», СНИИМ, ЦНИИА когда-то были федеральными и работали не на Саратов, а на Россию. Сейчас в программе этих институтов и научно-технические, и промышленные работы в значительной степени ориентированы на нужды предприятий Саратовской области. Лучшим примером кооперации может служить вагонное депо станции «Саратов-1». В работах по техническому переоснащению этого вагонного депо участвовало около десяти Саратовских предприятий, например НИИ машиностроения (который раньше играл не последнюю роль в развитии отечественной робототехники) внедрил там манипуляторы для сборки колесных пар. В результате такой кооперации по техническому переоснащению депо признано лучшим вагонным депо в России.
У нас действует комплекс соглашений, подписанных с рядом регионов о сотрудничестве, и фактически везде в них затрагивается промышленность. В первую очередь хочется назвать соглашение с Московской областью, в которую мы поставляем троллейбусы. Сначала была поставка троллейбусов в один из крупнейших городов Подмосковья –Подольск, после чего появилось дополнительное соглашение, где уже не только Подольск, но и еще 3 города готовятся к тому, чтобы там появилось троллейбусное сообщение. С Ленинградской областью у нас также заключено соглашение по троллейбусам.
Активно включаются в перспективные проекты Автоваза, такие как «Джип-нива», крупнейшие заводы области — Балаковорезинотехника, Энгельсский завод запальных свечей, Покровские фильтры, Саратовстекло, подшипниковый завод. Фактически наша область стала первым регионом, который масштабно подошел к межрегиональному сотрудничеству.
Уже упоминавшийся СНИИМ в свое время был лидером по разработке оборудования для производства кинескопов. Сегодня он нашел заказы, связанные с развитием кинескопного Воронежского завода «ВЭЛТ». Мы знаем, какая на ВЭЛТе произошла трагедия — Phillips взял у завода контрольный пакет, а после того как там было все разорено, продал за одну марку администрации Воронежской области. Так вот теперь, в рамках совместного российско-белорусского проекта «Союзный телевизор» принято решение о восстановлении Воронежского завода, на котором будет работать оборудование, разработанное в СНИИМ. Кстати, то же самое оборудование, произведенное еще во времена СССР, до сих пор работает в Паневежисе. Благодаря разумной экономической политике литовский завод все эти годы работал устойчиво, выпускал более 2 млн кинескопов. Маленькой Литве такие объемы в принципе не нужны, значит продукция, произведенная на саратовском оборудовании, шла на экспорт и в Европу и в Азию!
Недавно у нас была коллегия на «Красноармейском текстиле». На оборудовании, самое молодое из которого – 1971 года выпуска, делаются прекрасные изделия. Поставки идут в управление делами президента, и в 5-звездочную гостиницу – это говорит само за себя. Значит, культура высокая, организация труда хорошая, контроль качества по всей цепочке.
Я категорический противник того, что мы «отстаем». Наше отставание обусловлено причинами вовсе не инженерно-техническими.

58 копеек против 38, или почему чувашский киловатт дешевле, чем саратовский?

- Ваш взгляд на ситуацию в Саратовской области с обеспечением топливно-энергетическими ресурсами (ТЭР).
- Этот вопрос в преддверии отопительного сезона очень актуален. Сейчас принято выделять финансовую и техническую готовность. Техническая готовность достаточно высокая по сравнению с предыдущими годами, и в этом году кампания по технической подготовке пошла более эффективно. Хотя недостатков тоже хватает.
В финансовом плане прогресс очевиден. По состоянию на 13 октября текущая оплата за энергоресурсы всеми потребителями области – 96%. Такого раньше никогда не было. Не только промышленность, но и все сферы материального производства своевременно и в полном объеме осуществляют платежи за ТЭР. Впервые полностью платит социальная сфера. Остаются проблемными ЖКХ, водоканалы и мелиорация. Из федеральных структур – воинские части, объединения, другие объекты Минобороны. Вот эти категории налогоплательщиков и снижают 100-процентный результат.
Мы сейчас решаем вопрос по увеличению подач газа. Надо отдать должное «Регионгазу» — в летний период мы относительно плановых цифр смогли увеличить подачу газа и выработка электроэнергии по «Саратовэнерго» за 8 месяцев возросла на 19 процентов. В энергетике это очень серьезная цифра
У газовиков мы тоже находим взаимопонимание. В наших газохранилищах закачан полуторагазовой запас газа. Но газовики, к сожалению, до сих пор оперируют таким нерыночным понятием, как лимит. Устанавливается заниженный лимит, а все что сверх, оплачивается по завышенной цене. Другой немаловажный фактор — это то, что созданы запасы резервного топлива. В прошлый отопительный сезон мы входили, практически не имея запасов мазута. Сейчас запасы мазута как эксплуатационного, так и резервного полностью выполнены и наши станции полностью обеспечены. При этом следует рассматривать мазут как страхующий и резервный ресурс топлива на случай резкого понижения температуры и на случай аварии на газопроводе.
Обеспеченность области электроэнергией – самый больной вопрос. Производя достаточное для собственных нужд количество дешевой электроэнергии на Саратовской ГЭС, имея на своей территории высокорисковый объект энергетики — Балаковскую АЭС, область вынуждена покупать с оптового рынка более 50% потребляемой электроэнергии по ценам, превышающим тарифы на электроэнергию у этих источников.
-        Но ведь существуют какие-то альтернативные источники энергии, например ветряные электростанции.
-        Все это в таком состоянии, что о практическом применении говорить не приходится. Да, работы по ветрогенераторам у нас ведутся, на Саратовском авиазаводе делают опытные установки. Перспективы ветроэнергетики очень заманчивые и дело не только в дармовой энергии, но и в том, что нам не нужно в этом случае вести сети, которые и сами по себе затратны, да к тому же еще разворовываются.
Можно привести более экзотический пример – институт ПоволжСЭП ведет работы по восстановлению Большекарайской ГЭС в Романовском районе – одной из первых ГЭС, строившейся по плану ГОЭЛРО.
Наряду с ГЭС на малых реках и ветроэлектростанциях все большее распространение получают газотурбинные и газопоршневые генераторные установки. Это направление перспективно и активно развивается.
И тем не менее, делать ставку на перечисленные источники энергии пока нельзя – все это пока на уровне апробации и экспериментов.

Станет ли Саратовская область вторым Кувейтом или вторым Чернобылем?

-        Недавно в прессе прошла информация о программе выработки нефти под дном Волги. Как выяснилось, на старт проекта необходимо 20 миллионов рублей. Неужели это большая финансовая проблема? Или конечная эффективность нефтедобычи под дном Волги невысока, чтобы обеспечить быструю отдачу, поэтому нет и активности кого бы то ни было в этой сфере?
-        Поиск нефти под дном Волги – это пионерский проект, все равно что в науке – фундаментальные исследования. Привлечь на это деньги частников, которые не уверены в конечном результате – трудно. Кто знает, может быть эта нефтедобыча станет настолько перспективной, что из-за участков поднимется бум.
- Что получит область от 5-го и 6-го блоков Балаковской АЭС?
- Первое что получит область и Балаково – это новые рабочие места , причем не только в строительстве. Это и заказы оборудования, это целая инфраструктура рабочих мест
Проектируется второй источник теплоснабжения для города Балаково. Сейчас нагретая вода сбрасывается в пруд-охладитель и тепло бездарно уходит в атмосферу. запланирована прокладка теплотрассы, куда будет поступать нагретая вода – причем, вода безо всякой «лучевой начинки».
Плюс ко всему – развитие социальной сферы, планируется мост через канал, что решит острую транспортную проблему. Вот что дает пятый блок области.
-        На одном из заседаний Высшего экономического совета при губернаторе Саратовской области (ВЭС) речь шла об обеспеченности области ТЭР, и выяснилось, что у нас ничего своего нет. Балаковская АЭС – это Минатом, Саратовская ГЭС- РАО ЕЭС. Идет шумиха в прессе по поводу 5 и 6 энергоблоков БАЭС, а ведь когда их построят, они будут не наши. А вот те ГЭС на малых реках, газотурбинные генераторы – они будут «наши»?
-        Нас не устраивает не столько вопрос принадлежности той или иной энергопроизводящей станции, сколько накрутки на продукцию наших электростанций – АЭС и ГЭС. Кстати, и в Романовском районе подразумеваются частные инвестиции, а там тот, кто вложится в проект, не будет раздавать электроэнергию задаром. Это законы рынка. Тут другой вопрос – хозяин будет работать в условиях платежеспособного спроса, конкурируя с «Саратовэнерго», чтоб предложить более выгодные условия
-        Насколько велика разница в энергоснабжении области до передачи «Саратовэнерго» в СМУЭК и после?
-        Времени прошло мало, нельзя сделать однозначные выводы. Могу только сказать, что работают там квалифицированная команда менеджеров.
-Как отражается на саратовской промышленности рост тарифов на энергоносители? Как его сдержать?
- Отражается плохо. При всей масштабности работ по энергосбережению, которые в последние годы происходят, все же мы по энергосберегающим технологиям, безусловно, отстаем по западным и мировым критериям. Но мы должны прекрасно понимать, что быстро промышленность не перевооружишь, практическое энергосбережение в промышленности – это новые технологии, новое оборудование.
Увеличение тарифов скажется отрицательно на промышленности не только потому, что станут дорогими энергоносители. Повысятся тарифы – подорожают материалы, входящие в структуру себестоимости. А для машиностроительных и химических предприятий это самое основное, у них затраты на электроэнергию, может быть, гораздо меньше затрат на материалы. Этот рост сказывается на транспорте, на социальной структуре.
Я еще раз подчеркиваю неразумность нынешней тарифной политики. Почему, допустим, по Саратовской области тариф на энергоносители 58 копеек, а в Чувашии 38? Представляете, насколько промышленность Чувашии более развита?
Безусловно, нам здесь может помочь Единый тарифный орган. Но пока говорить о нем рано – у него даже пока нет названия официального, его даже и в законодательстве нет.
Самое главное в решении означенной проблемы – контроль тарифов по всей цепочке. Энергетики повышают тарифы – вслед за ними увеличиваются затраты угольщиков, увеличение затрат угольщиков вызывает рост затрат энергетиков и получается рост цен как снежный ком. С этой точки зрения разумным представляется предложение президента о том, чтобы тарифы пересматривались раз в год, чтобы производственники могли каким-то образом планировать свою деятельность в соответствии с тарифами на электроэнергию.
Вот эти принципы должны сыграть положительную роль в экономике. По крайней мере, со следующего года.

Саратовская мебель: мозгов нужно больше, чем древесины

- Какая продукция саратовских предприятий конкурентноспособна на российском и мировом рынках? Какую продукцию они экспортируют за пределы области и страны?
-        По химической промышленности практически все предприятия выпускают конкурентноспособную продукцию. В первую очередь это продукция «Оргсинтеза», Балаковские минеральные удобрения, балаковское химволокно, балаковорезинотехника –продукция последнего востребована всеми автомобильными заводами и отмечается тенденция к росту объемов производства.
Конкурентноспособны и востребованы наши аккумуляторы – сразу нескольких заводов области, в первую очередь АИТ, Электроисточник, НИИХИТ. Пользуются большим спросом запальные свечи, продукция завода резервуарных металлоконструкций и Хвалынского завода гидроаппаратуры, котельные завода «Энергомаш» и насосы АО «Нефтемаш-САПКОН». Продукция Саратовского подшипникового завода вообще получила мировое признание.
Особо хочется выделить нашу мебельную промышленность — Энгельсскую мебельную фабрику — безусловно, лучшую в России — , предприятия. «Карат-Плюс», «Платан»…
-        Вот интересно: своего леса нет, а мебельная промышленность есть, да какая!
-        Все определяется не наличием леса, а высокими технологиями производства. Поэтому на рынке деревообрабатывающей промышленности две страны занимают лидирующее положение – Италия и Германия, где не существует лесозаготовки, но уровень технической оснащенности и кадровой подготовки настолько высок, что превосходит «лесные» страны — и Швецию, и Финляндию, и Канаду, и Россию.
Для меня высокий уровень саратовских мебельщиков стал очевидным, когда я вошел в число совета директоров предприятия «Карат-Плюс». Сначала наши газпромовские инвесторы задались тем же вопрсом: зачем в степном районе что-то создавать? Поехали в Тюмень, и увидели там крайне низкую организацию производства, отсутствие квалифицированных кадров. Плюс к тому же там лес некачественный. Так и вернулись в Саратов. К слову сказать, импортное оборудование было запущено без посторонней помощи раньше оговоренных в контракте сроков – запустили менее чем за 5 месяцев. Наши итальянские поставщики были крайне удивлены. А чему удивляться. если пусконаладочные работы осуществляли бывшие работники СНИИМ и других предприятий оборонного комплекса?
Так что для такого производства важен не лес, а важны мозги.

Скоро ли в Саратов вернутся роботы?
- Сейчас весь мир переходит к гибким автоматизированным производствам (ГАП), мы это уже проходили в 80-х. Возможен ли ренесанс ГАП в Саратовской области?
-        Я бы тут проблему пошире поставил. Надо говорить не только о гибких автоматизированных производствах, а вообще о внедрении высокопроизводительного автоматизированного оборудования. Я с горечью вспоминаю, как в 80-х годах нам навязывалось – по делу и без – внедрение ГАП. Мы на Элмаше, к примеру, получили указание внедрить ГАП на гальванике. Это в наших-то условиях, когда в день проводилось покрытие трех сотен наименований продукции!
Сегодняшних ярких примеров возрождения ГАП нет. В большей степени значение для сегодняшней промышленности имеет значение комплексная автоматизация производства. Вот в этом плане я выделил бы Саратовский подшипниковый завод, где создание новой техники гармонично увязано с подготовкой кадров. Там открыт филиал технического университета, создан инновационный центр. Высококвалифицированным преподавателям технического университета вверены производственные площади, и там выполняются работы по разработке уникального оборудования, технологий импортных подшипников.
Ярким примером эффективного применения автоматизации производства можно считать предприятие «Хенкель.-Юг» и Саратовскую табачную фабрику.
Совершенно недавно я был в командировке на Горьковском автомобильном заводе. Что интересно: «Газели» и «Соболи» там собираются автоматами, а «Волги» — вручную. Все потому. что сама технология для этих машин разрабатывалась с учетом применения роботов. а «Волгу» до сих пор собирают по старой «безроботной» технологии.
Есть и еще один аспект автоматизации. В 90-м году я стоял на конвейере «Дженерал моторз» и удивлялся: ни одна из сходящих с конвейера машин не похожа окраской на другую. У нас же в те годы было масштабно и однородно: сто тысяч черных «Волг», сто тысяч белых, сто тысяч серых.
Спустя 10 лет и до ГАЗа дошла такая система работы – там «Соболи» и «Газели» выходят разных цветов.

Дефицит кадров в условиях безработицы

-        Внедрение автоматизированных производств и вообще развитие промышленности невозможно без квалифицированных кадров. Как в нашей области решается эта проблема?
-        В качестве удачного примера снова приведу Саратовский подшипниковый завод – он создает институт машиностроения, то есть у него появилась задача комплексного объединения инновационного процесса обучения студентов, эффективного задействования интеллекта преподавателей и разработчиков продукции, обучение своих сотрудников.
Совершенно понятно, что из стен такого предприятия будут выходить передовые разработки, быстро проходить апробацию, то есть совершенно иными темпами развивать производство.

Перспективы

- Каковы перспективы развития промышленности области?
- Во-первых, планируется, что увеличится доля продукции обрабатывающих отраслей промышленного производства, в то время удельный вес продукции топливно-сырьевых отраслей сократится. В реальном секторе экономики должен быть баланс, и только тогда возможен ее устойчивый рост.
Во-вторых, ожидается, что к 2005 году более, чем на 50% увеличится добыча нефти и газа на территории Саратовской области .
И, в третьих, самым главным результатом явится то, что ежегодный прирост объемов производства составит 6-8 %, а в целом этот показатель к 2005 году достигнет 42% к уровню 2001 года.
Кроме того, к 2005 году прогнозируется, при условии планомерного роста заработной платы, увеличение численности работающих во всех отраслях промышленности на 11 тысяч человек, намечается рост числа прибыльных предприятий и налогооблагаемой базы.
Если промышленный комплекс будет обеспечен энергоресурсами, восстановлена система подготовки профессиональных кадров, все предприятия внедрят у себя эффективную систему управления качеством, то мы достигнем намеченного.

Нужны ли промышленности области «Промышленные ведомости»?

- Какую помощь в Ваших планах может оказать газета «Промышленные ведомости»?
-        Я очень благодарен прессе, когда вопросы ставятся принципиально, но нацелены на решение проблем, а не для раздувания скандалов, как это порой делается в СМИ. Хотелось бы видеть на страницах вашей газеты освещение опыта уничтожения химоружия и мониторинг саратовского топливно-энергетического комплекса. И, безусловно, актуальным является отражение взаимодействия науки и производства, информирование ученых, производственников, инвесторов области об опыте разработки и внедрения наукоемкой продукции в различных сферах экономики области.
Мы планируем в Саратове издавать газету, аналогичную «Промышленным ведомостям», и надеемся на плодотворное сотрудничество вашей газетой и с Комитетом Государственной думы по промышленности, строительству и наукоемким технологиям.

Министр промышленности
ЛИСОВСКИЙ Сергей Михайлович

Лисовский Сергей Михайлович родился 17 сентября 1951 года в г.Саратове. Закончил Саратовский политехнический институт, квалификация — инженер-механик электронной техники. Прошел путь от старшего мастера, начальника цеха, начальника производственно-диспетчерского отдела, главного инженера до руководителя предприятия.
В 1989-2000 годах возглавлял ведущие саратовские предприятия электронной промышленности.
6 апреля 2000 года назначен на должность министра промышленности Саратовской области.

Беседу вел Андрей ФУРСОВ

«Саратовские новости» 28 марта 2002г.

Сотрудник РУБОПа, прочитав в местной газете объявление об установке программы «1С-бухгалтерия», созвонился, договорился о встрече, а в момент незаконного тиражирования (установки на домашний компьютер) программы задержал «хакера». Компания же, у которой «хакер» украл пограмму, тут же, в суде, выставила ему иск за нанесенный ущерб. Корреспондент «Известий» отмечает, что в России на сегодня состоялось только 9 «хакерских» процессов, и большинство из них по статье 146 -»Защита авторских прав» окончились обвинительным приговором.

Решение суда вызвало бурю возмущения на форумах саратовских сайтов: саратовцы считают действия сотрудника РУБОП незаконными (фактически он спровоцировал программиста на незаконное деяние), а восторги журналистов местных изданий по поводу поимки злоумышленника — фальшивыми. По общему мнению, более 90% редакций саратовских газет, предприятий и организаций открыто использует программное обеспечение, установленное с пиратских дисков, а массовые преследования незаконных пользователей программного обеспечения парализуют работу большинства российских учреждений.

Андрей ФУРСОВ, «Известия», 06.09.2002

Следует отметить, что Саратов давно уже слывет городом беспредела контролеров. Корреспондент «Известий» сообщает о диких фактах грубости, а порой и избиения контролерами инвалидов и престарелых, случайно забывших пенсионные удостоверения. Только весной этого года под нажимом общественности и СМИ руководство контрольно-ревизионной службы «Саргорэлектротранса» публично заявило о том, что будет увольнять контролеров-самодуров. С того времени число конфликтов и драк с участием контролеров заметно уменьшилось, однако отдельные случаи все еще встречаются.

Между тем, более 40 жителей двух аварийных домов Саратова заявили о своем отказе участвовать в переписи населения, ссылаясь на нечеловеческие условия своего существования. Таким способом саратовцы пытаются обратить внимание федеральных и региональных властей на свои проблемы. Долгое время жильцы аварийных домов обращались в различные городские и областные инстанции с просьбами решить их жилищные проблемы, предпринимались попытки решить вопрос и в судебном порядке. Тем не менее до сих пор им не только не предоставили новые квартиры, но даже не отремонтировали старые. К акции протеста могут присоединиться жители еще нескольких аварийных домов областного центра.

Андрей ФУРСОВ, «Известия», 09.10.2002

С 4 по 13 октября наказы и предложения заносятся гражданами в специальные альбомы. По окончанию сбора наказов альбомы будут переданы членам Генерального Совета партии, которые в свою очередь передадут их в администрацию Президента РФ.

Сотрудники Саратовского ОК КПРФ в телефонном разговоре сообщили корреспонденту «Известий», что 7 октября для них — День Конституции 1977 года, и что никаких акций в день рождения Президента ими не планируется.

Аналогичный ответ получен от представителей НБП, лидера которой — Эдуарда Лимонова — в настоящее время судят в Саратове.

Андрей Фурсов, «Известия», 07.10.2002

На форуме планируется обсудить ряд важных проблем, в том числе — явление и физические основы электронной эмиссии и термоэмиссии. Начиная с 1978 года по инициативе и под руководством ряда ведущих исследовательских военных групп США и, в частности, в НАСА начали проводиться с периодом раз в два года рабочие школы по вакуумным источникам электронов. На эти встречи приглашались крупные специалисты и практически все ведущие фирмы мира. Школы проходили с большим успехом и вызывали большой интерес.

С 1996 года в связи с чрезвычайно большой важностью обсуждаемых проблем решено было проводить их в ранге Международных конференций, которые должны были проводиться раз в два года. Первая международная конференция состоялась в Голландии. Вторая конференция проходила в Японии в 1998 году, а третья — в США в 2000 году под эгидой НАСА.

Андрей ФУРСОВ, «Известия»,  11-07-02